Пятница, 17 Ноября, 2017
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)

Новый осиновый кол в русофобское кубло
Дмитрий Андреев

Источник: devec.ru

Джульетто Кьеза в очередной раз продемонстрировал свое отточенное и абсолютно верное понимание процессов, происходящих в мире. Его новая книга «Русофобия 2.0: болезнь или оружие Запада?» посвящена теме, которая долгое время находилась у нас, в постсоветской России, фактически под запретом, если говорить о том ее аспекте, который касается русофобии своей, «родной», внутренней. Да и сейчас в определенных сегментах российского общества само слово «русофобия» воспринимается как нечто мракобесное, а использующие его мыслители представляются нерукопожатными, такими, с которыми, дескать, «всё понятно». Правда, для моих сограждан такого рода и с Джульетто Кьезой тоже давно «всё понятно», но тем не менее в нашей стране, как и всегда, слово, сказанное на Западе, уже по определению заслуживает внимания. В случае с новой книгой итальянского журналиста и общественного деятеля эта наша национальная привычка оглядываться на Европу, пожалуй, действительно может оказаться полезной: во всяком случае, такую книгу не замолчат, она не останется незамеченной, на нее будут шипеть – но при этом, шипя, и неизбежно пропагандировать, интерпретируя и передергивая – но рассказывать о ней, а значит – пропагандировать ее. Ведь еще один непреложный закон нашего общественного поведения – это буквально магическое воздействие на него «черного пиара», только с прямо противоположным оценочным программированием. Так что «Русофобия 2.0» обречена у нас на успех – в первую очередь благодаря самим русофобам.

Можно без преувеличения сказать, что книга Джульетто Кьезы – это самый настоящий учебник для всех тех, кто хочет разобраться в корнях русофобии и понять, что она собой представляет сегодня. Именно учебник, краткий путеводитель по проблеме, потому что многие авторские мысли лишь фиксируют положение дел, но нуждаются в более детальном разборе. Но, в конце концов, именно в указании такой вот путеводной нити и заключается смысл любого учебника: он – необходимое, но явно недостаточное условие для получения знаний. Так, например, в самом начале книги Джультетто Кьеза делает исключительно важное утверждение, что «мировая западная литература насквозь пропитана русофобией» (с. 39). А вот детальной иллюстрацией, убедительным подтверждением приведенного заявления может стать переведенная на русский язык книга швейцарца Ги Меттана, прослеживающего историю русофобии с эпохи… Карла Великого, то есть со времени, когда и самой-то Древней Руси как государственного образования еще не существовало.

Однако Джульетто Кьеза концентрирует внимание не на истории русофобии, а именно на современном ее состоянии, на ее своего рода новом издании – «2.0», по словам самого автора. Да, безусловно, «русофобия 2.0» произошла из традиционной русофобии, или «русофобии 1.0», но при этом она представляет собой качественно новое явление. «Русофобия 2.0» – это идеология конца западноцентричной эпохи, «своего рода предупреждение о грядущем бедствии» (с. 43). И поэтому, как и любое финалистское учение, она более исступленная, буквально эсхатлогически заостренная – русофобия восторженного Просвещения и бодрого Модерна была иной: боле наивной – и одновременно более основательной, несуетливой, в чем-то даже респектабельной и абсолютно уверенной в своей правоте. «Русофобия 2.0», как следует из книги Джульетто Кьезы, – это, напротив, во многом результат неуверенности Запада в собственном завтрашнем дне. Отсюда – ее надрывность, экзальтированность, какая-то внутренняя смятенность, элементарная некомпетентность, изо всех сил ретушируемая нахрапистостью и крикливостью. «В настоящее время Россия – единственная страна, чьи граждане в состоянии противостоять Западу», – считает автор (с. 63). И именно поэтому Запад – и в первую очередь Соединенные Штаты – считает, что Россию необходимо ликвидировать как геополитического конкурента, способного предложить миру альтернативную модель развития. Следовательно, «русофобию 2.0» следует рассматривать как «оружие Запада», и ее нагнетание «пропорционально нарастанию кризисных явлений на Западе» (с. 271–272). В практическом ключе «русофобия 2.0» – это в настоящий момент «путинофобия», так как Владимир Путин сегодня стал «знаменосцем» национальной идентичности (с. 201). В отдельной главе книги, которая называется «Путин под прицелом», Джульетто Кьеза систематизирует предпринимаемые западными СМИ и политическими деятелями попытки дискредитировать российского президента, анализирует их основные приемы, отмечая при этом как общий примитивный уровень подобных медийных акций, так и отдельные безусловно проработанные технологические приемы. Автор далек от недооценки деструктивного для российской власти потенциала «русофобии 2.0». Так, он считает, что Россия реально «намного слабее соперника» в области «массовых коммуникаций» (с. 272). Поэтому здесь, в информационном пространстве, ей сложнее всего сдерживать натиск и отстаивать право на собственный суверенитет.

Словом, феномен «русофобии 2.0» разобран автором буквально по косточкам, и книгу можно смело назвать осиновым колом в кубло русофобов всех мастей. Как говорится, ни убавить, ни прибавить. Хотя не то чтобы прибавить, но немного подточить этот кол, то есть поразмышлять о том, о чем в книге Джульетто Кьезы не сказано или же сказано недостаточно, а то и не совсем точно, все-таки надо. Да, действительно, следует согласиться с автором в том, что «пропускать мимо ушел дружный лай против России» – это «серьезная и опасная ошибка», потому что «лай» этот свидетельствует о «всеобщей мобилизации Запада», имеющей целью уничтожить нашу политическую субъектность (с. 158). Всё это действительно так, только вот сам по себе «лай» даже полезен. Он обнажает истинные намерения наших – употреблю здесь любимый термин Владимира Путина применительно к его западным коллегам – «партнеров». Причем обнажает настолько откровенно и явственно, что даже упертые почитатели всего иноземного начинают более трезво оценивать своих авторитетов. А если говорить о «лае» внутреннем, домашнем, то он тем более на пользу. «Беспросветный расизм», как его называет Джульетто Кьеза, Лилии Шевцовой (с. 146) вообще находится за пределами здравого смысла и вносит сумятицу в стан наших собственных русофобов. Побольше бы таких глашатаев русофобии, как Шевцова! И чем чаще носители подобного «беспросветного расизма» станут мелькать на телеканалах, тем разобщеннее и слабее будет русофобская среда в самой России.

Гораздо опаснее те, о ком в книге ничего не говорится. Это – своего рода потенциальные потребители русофобской идеологии. Подчеркиваю – именно потенциальные, поскольку сегодня они в массе своей – очень даже «правильно сориентированные» в своих политических представлениях граждане, входящие в то самое «путинское большинство», о сохранении и приумножении которого так заботятся кремлевские политтехнологи. Однако это большинство всё время подсчитывают и пересчитывают количественно, не заботясь о его качестве, которое оставляет желать лучшего. Есть у нас одна национальная черта, которую я называю синдромом пушкинского Германна: далеко не все из нас готовы «жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее». О том же самом – популярная метафора: борьба «телевизора» и «холодильника». Но эта метафора неточная. Дело вовсе не в том, что суровые реалии жизни – например, опустевший холодильник – заставляют «здравый смысл», убаюканный телепропагандой, проснуться и критически взглянуть на власть. Это не так! На самом деле мы имеем дело с двумя абсолютно идеологическими – а значит, пропагандистскими – конструкциями. Всё прямо по «Пиковой даме» – есть «необходимое» и есть «излишнее». Исчез хамон, скакнул доллар, не получилось съездить летом на Средиземноморье – и зачем при таком раскладе Крым и тем паче Новороссия?! Что здесь «холодильник», а что «телевизор» – каждый понимает по-своему. Вообще-то, на мой взгляд, именно результаты «русской весны» 2014 года и есть самый что ни на есть «холодильник», без которого не прожить – если, конечно, приоритетно именно чувство национального достоинства. Но в том-то и дело, что разного рода «моральные авторитеты» и «лидеры общественного мнения» в последнее время начинают всё громче убеждать нас в обратном: мол, главное – это «нормальная жизнь», которая была уничтожена «непродуманными и скоропалительными» действиями Кремля весной 2014 года. Пропагандистский эффект подобных мантр колоссален. Джульетто Кьеза ошибается, считая, что «русские гораздо менее доверчивы, чем американцы», и что у нас «выработался стойкий иммунитет на пропаганду» (с. 204). Ничего подобного, как раз всё ровно наоборот. Нас, как и прежде, если и можно уничтожить, то только идеологически, изнутри, вытравив одну пропаганду другой пропагандой. И та пропаганда, которая сейчас исподволь распространяется как бы сама по себе – а на самом деле при активной поддержке многих группировок российской элиты – и призывает к «здравому смыслу» во внешней политике, к «возвращению в сообщество цивилизованных стран», и есть самая опасная и разрушительная. Это – завтрашняя русофобия, или, если пользоваться образностью Джульетто Кьезы, «русофобия 3.0», главной целью которой станет тотальная политическая «стерилизация» России под разговоры о наступлении новой эпохи, в которую отмирают государства и устанавливаются новые правила игры – якобы в пользу свободной и ничем и никем не стесняемой личности.

К величайшему сожалению, Кремль явно недооценивает эту угрозу. Во всяком случае, во всей нынешней провластной думской кампании явственно прослеживается исступленное желание потрафить такого рода взглядам и их носителям, особенно если последние по какой-то непонятной причине считаются выразителями чаяний и надежд общества, чуть ли не этическим ориентирами. Чьи выразители? Для кого ориентиры? Откуда у власти этот латентный либерализм, который для нее смертельно опасен? Спотыкались ведь уже – и не один раз. Помнится, в 2008 году, когда начался кризис, провластное большинство, этот пресловутый «средний класс», казавшийся прежде абсолютно лояльным, стал громче всех предъявлять претензии «наверх», а в экспертном сообществе пошли пересуды чуть ли не о заговоре «стабилитета». А кто буянил в конце 2011-го – начале 2012-го с белыми ленточками? Разве не в массе своей «рассерженные» отсутствием «здравого смысла» представители ранее как бы аполитичного большинства? Ну, тут снова неизбежно скатываешься к «старой песне о главном»: о необходимости возвращения подлинной, настоящей идеологии, а не идеологического эрзаца, пытающегося примирить национальный суверенитет с либеральными ценностями, а также о ротации российской элиты и кооптации в нее тех самых «фанатиков-аскетов», по поводу отсутствия которых в элите нынешней с облегчением вздыхает еще один адепт «русофобии 2.0» Андрей Пионтковский, которого, как и Лилию Шевцову, следовал бы почаще пиарить на федеральных телеканалах. С соответствующими комментариями, разумеется.

А вот без всяких комментариев нам как можно регулярнее надо видеть, слушать и читать Джульетто Кьезу – друга России, который регулярно напоминает российской аудитории прописные истины, которые далеко не все готовы и желают принимать.
Joomla Templates and Joomla Extensions by ZooTemplate.Com

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №14, сентябрь 2015

Захирджан Кучкаров:
«Без концептуального проектирования управляемость не восстановить»

стр. 54

Интервью академика РАЕН, директора Центра инноваций и высоких технологий «Концепт» З.А. Кучкарова альманаху «Развитие и экономика»



Сергей Черняховский.
Романтика и Твердость. Некогда эта страна была значительно сильнее…

стр. 98

Центральный пункт советского наследия и советского мира – это уверенность в том, что мир изменяем, познаваем и созидаем.



Людмила Булавка-Бузгалина.
СССР – незавершенный проект. Семь поворотов

стр. 108

Обращения к историческим и культурным практикам Советского Союза не только не прекращаются, но и становятся всё более частыми.



Владимир Карпец.
Исцеление (от) права

стр. 134

Одним из результатов перестройки стала «правовая реформа», которая фактически означала ломку всей правовой системы под лозунгом «демократизации советского права».



Александр Коврига.
Глобальный кризис и переустройство государственного дела: вспомним камерализм?

стр. 146

В современном мире полномасштабный суверенитет, значимые цивилизационные инициативы и государственная политика импортозамещения возможны лишь при условии мировоззренческой, идеологической самостоятельности, для чего весьма полезными окажутся наследие и исторические уроки камерализма.



Олег Фомин-Шахов.
Русский уклад в XXI веке

стр. 184

У России есть колоссальный властный, экономический, культурный и демографический потенциал, чтобы оказаться стратегической победительницей в противостоянии цивилизаций.

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2017 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 976 гостей онлайн