Воскресенье, 23 Сентября, 2018
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)


Цесаревич Николай (будущий император Николай II) в Нагасаки во время посещения Японии в 1891 году. Во время этого посещения произошёл т. н. «инцидент в Оцу», когда полицейский Цуда Сандзо напал на Николая и ранил мечом в голову (Фотография сделана Уэно Хикома и хранится в архивах Городской библиотеки Нагасаки)

Столетие русско-японского союза
Василий Молодяков

В русском языке слова «сто лет» имеют почти магическую силу. Пожелание «дожить до ста лет» воспринимается как пожелание вечной жизни. Наверно, по той причине, что в России – в отличие от Японии – до ста лет доживают единицы.

Сто лет – самая круглая юбилейная дата. О случившемся ровно век назад вспоминают, даже если событие было не очень важным. Заключение русско-японского союза «неважным» не назвать.

3 июля (20 июня по старому стилю) 1916 г. в Петрограде министр иностранных дел Сергей Сазонов и посол Мотоно Итиро подписали договор, ставший высшей точкой российско-японских отношений за всю их историю. Две империи заключили военно-политический союз. Российская революция перечеркнула его, похоронив возможность сотрудничества, о масштабах которого можно только гадать. Но мы гадать не будем, а вспомним факты.

С начала 1915 г. токийские газеты заговорили о необходимости союза с Россией. Посол Николай Малевский-Малевич писал Сазонову: «Раздававшиеся в японской прессе с начала нынешней войны голоса о необходимости русско-японского союза сделались в настоящее время столь «общим местом», что едва ли найдется во всей японской повременной печати один орган, который не обсуждал бы этого вопроса от времени до времени… Мысль о русско-японском союзе приобретает здесь все большее и большее распространение».

В центре дискуссии оказался вопрос, что такое «союз». Большинство считало, что «союз» означает договор с обоюдным обязательством оказывать военную помощь против третьей стороны. Таким был англо-японский союз. Спрашивали, нужен ли аналогичный договор с Россией?

В феврале 1915 г. маршал Ямагата Аритомо представил японскому правительству меморандум. Скептически оценив шансы Антанты на победу, он считал, что война закончится вничью, но нарушит глобальный баланс сил и приведет к усилению напряженности в Азии, где в борьбу включатся США. Ямагата предложил дополнить англо-японский союз японско-русским с обязательствами оказывать военную помощь и охранять территориальную целостность Китая (подразумевалось, от других держав).

Кабинет Окума Сигэнобу не поддержал проект, и Ямагата решил заручиться поддержкой императора Тайсё. Кратчайшим путем к успеху он считал визит в Токио члена российского императорского дома. В конце 1915 г. находившийся в Ставке верховного главнокомандующего российской армии генерал-майор Накадзима Масатакэ в разговоре с лейб-хирургом Сергеем Федоровым как бы невзначай заметил: «Если бы государь послал в Японию великого князя, то, несомненно, это произвело бы прекрасное впечатление, и Япония активизировала бы свои усилия помочь России в ее борьбе с Германией».

Пожелание было сообщено Николаю II, который уже на следующий день поручил эту миссию своему двоюродному дяде великому князю Георгию Михайловичу. Целью визита было объявлено принесение поздравлений императору Тайсё по случаю интронизации. Когда в январе 1916 г. великий князь прибыл в Токио, император Тайсё встретил его на вокзале.

Опуская детали, скажу о главном. Когда переговоры дипломатов по частным вопросам зашли в тупик, Ямагата потребовал от министра иностранных дел Исии Кикудзиро придать соглашению с Россией общеполитический характер. Он прямо заявил, что поддержание мира и безопасности в Восточной Азии возможно только путем сотрудничества двух империй. Исии и премьер Окума не горели желанием заключать союз с Россией, но Ямагата настоял на своем.

Ранее историки считали творцом союза 1916 года посла Мотоно, но документы показывают, что путь к нему проложил Ямагата, проявивший большие дипломатические способности и геополитическое мышление. Ключевым элементом его стратегии была «императорская дипломатия». После визита великого князя как посланца русского царя в Токио и внимания к нему со стороны императора Тайсё для открытых возражений не оставалось места. Остальное было делом техники.

18 (5) февраля 1916 г. Мотоно вручил Сазонову ноту, предлагая официально вступить в переговоры. Принимая во внимание слабость России на Дальнем Востоке, Николай II признал полезным союз с Японией. Договор стал новым этапом курса, который определился после русско-японской войны, однако неверно видеть в нем отказ от политики укрепления российских позиций в регионе.

Содержание договора

Опубликованные статьи договора содержали обязательства сторон не участвовать «ни в каких соглашениях и политических сочетаниях», направленных друг против друга, и «согласиться между собой относительно мер, которые они примут в видах оказания друг другу поддержки и содействия для охраны и защиты» своих взаимно признанных территориальных прав и особых интересов на Дальнем Востоке.

Одновременно – «в целях большего упрочения тесной дружбы» – было заключено секретное соглашение. Партнеры признавали, что их «жизненные интересы… требуют охранения Китая от политического господства какой бы то ни было третьей державы, питающей враждебные замыслы против России или Японии, а посему взаимно обязуются впредь всякий раз, как того потребуют обязательства, вступать друг с другом в чистосердечные и на полном доверии основанные сношения, чтобы сообща принять надлежащие меры на предмет недопущения возможности наступления (в Китае) подобного положения дел» (статья 1). Если же «принятие мер» в Китае приведет к объявлению войны третьей страной России или Японии, то «другая сторона по первому требованию своей союзницы должна прийти ей на помощь»; стороны не будут заключать мир с общим врагом без взаимного согласия (статьи 2-3). Выполнение этой статьи обусловливалось гарантиями со стороны других союзников, «что и те окажут помощь, по размерам своим соответствующую серьезности назревающего конфликта» (статья 4).



НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2018 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 1199 гостей онлайн