Среда, 20 Сентября, 2017
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)


Юрий Бондарев: «Жизнь строится на твердых «да» и «нет»

15 марта исполнилось 90 лет Юрию Бондареву. Накануне юбилея писатель поделился с «Культурой» размышлениями о Родине и творчестве.

культура: Что думаете о последних событиях на Украине?
Бондарев: Все происходящее очень серьезно и чрезвычайно волнует меня. Украина — неотъемлемая часть России. Этот исторический факт раздражал недругов на протяжении столетий, и сегодня экспансия на Восток вновь переходит в открытую фазу. Несмотря на уверения западных сил о желательном мирном разрешении конфликта, ситуация усугубляется. Появляются жертвы, за которые никто не спешит оправдаться, — значит, эскалация насилия неизбежна.

Ничего нового и непрозрачного в истории нет — подлинные желания проявляются в поступках, действиях, их невозможно прикрыть вежливыми улыбками, которые освоили иные политики.

культура: Какова, по-Вашему, перспектива развития конфликта? 
Бондарев: Не могу быть пророком, но скажу так: Янукович самоустранился — не велика потеря. Должно быть, он и Библию не читал, а она обязывает правителей не прикидываться миротворцами, принимать самые решительные меры против зла. Отказ от насилия не имеет ничего общего с христианскими добродетелями: человек имеет право на непротивление злу, но геополитические вопросы рано или поздно решаются оружием. Сейчас идет проверка моральной твердости и дееспособности нашей страны — России важно занять четкую нравственно-политическую позицию и проводить ее в жизнь без мягкотелости и уступок. Нужно научиться обходиться без глаголов будущего времени: переговорим, встретимся, объяснимся... Безответственный либерализм приводит не к победам, а к краху. Жизнь строится на твердых «да» и «нет».

культура: Вы, фронтовик, наверняка знаете точно: что самое страшное на войне?
Бондарев: Первая бомбардировка. Пережив ее на передовой, обрел полное спокойствие — так же, как и мои товарищи, призванные почти сплошь из деревень. Кстати, неграмотных среди нас почти не было — в 30-е годы СССР накрыла эпидемия культуры. Повсюду заработали кружки, дома пионеров. Все что-то впитывали, читали Пушкина, Лермонтова, Толстого. Сформировалось, скажу без хвастовства, очень способное поколение, многие могли бы писать. Почти все погибли на войне — выжило три процента мужчин 1924 года рождения. И вот что удивительно — ни одного ненадежного товарища среди сослуживцев я не встретил. Потерял братьев, моя любовь осталась с ними.

культура: На чем держится мир? 
Бондарев: На культуре, образовании, интеллекте.

культура: Как Вы стали писателем?
Бондарев: Задумываться о литературной профессии начал еще в школе. На войне относился к событиям, встречам, разговорам с «задней мыслью» — вдруг пригодится? Что-то мерцало в сознании... Первые рассказы стал сочинять, вернувшись с фронта. Поступая в Литинститут, показал секретарю приемной комиссии несколько стихов. Очень умная девица попалась: прочитала, сложила листочки пополам, порвала и бросила в корзину. Сказала: «Юра, забудьте про это!» К счастью, на рассказы обратил внимание Паустовский, зачислил на свой семинар — без экзаменов. Константин Георгиевич занимал в нашей литературе уникальное место. Выделялся стилистикой, выбором героев, внимательной мягкостью к человеку. Во всех жанрах — и романах, и статьях — проявлял себя интеллектуалом высшей пробы. Паустовский всю жизнь помогал мне советами.

культура: Какую Вашу вещь он ценил больше всего? 
Бондарев: Один из первых рассказов — «Поздним вечером».

культура: Кого выделяете из писателей-сверстников? 
Бондарев: Виктора Некрасова. «В окопах Сталинграда» сразу приняли и полюбили за правдивую доверительную интонацию. Это фронтовая книга книг — как для Европы на «На Западном фронте без перемен». Мы дружили, не раз общались за рюмкой кофе.

культура: Что для Вас значит слово «литература»? 
Бондарев: Это наука, исследующая человека и мир. Работа над словом, поиски сюжета, конфликтов — суть познание, а не художественное упражнение. Автор познает и воспитывает себя, а затем — читателей. Литературы не существовало бы без памяти и воображения — память хранит историю, воображение дарит фактам художественную ипостась. Сравнивать писательский труд с фотографированием — преступление. Даже талантливый очеркист, не описывающий мир с внешней стороны, а что-то проясняющий в человеке, дает много пищи для ума и сильно воздействует на читателя.

культура: Роман с кино...
Бондарев: Случился довольно неожиданно. В 62-м издали и раскупили тираж «Тишины», спустя год книгу экранизировал Владимир Басов. Премьера растянулась: два месяца вокруг кинотеатра «Россия» стояли очереди. Пригласили поработать над «Освобождением» — в мировом прокате эпопею Юрия Озерова посмотрели 350 миллионов зрителей. Труднее всего складывалась судьба картины «Батальоны просят огня» — фильм начинал снимать один режиссер, заканчивал другой... Но работа все-таки состоялась — мне важно было рассказать, как мы форсировали Днепр. Все, что написал, — пропустил через себя, а об оставшемся за скобками говорить не хочу.

культура: Какие из картин и книг для Вас главные? 
Бондарев: К романам и сценариям отношусь, как к детям, — одинаково. Не умею растолковывать свои произведения. Тот, кто пытается этим заниматься, — не писатель, а дерьмо. Хочешь болтать — ступай на эстраду, а книги пусть сами за себя говорят.



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №14, сентябрь 2015

Захирджан Кучкаров:
«Без концептуального проектирования управляемость не восстановить»

стр. 54

Интервью академика РАЕН, директора Центра инноваций и высоких технологий «Концепт» З.А. Кучкарова альманаху «Развитие и экономика»



Сергей Черняховский.
Романтика и Твердость. Некогда эта страна была значительно сильнее…

стр. 98

Центральный пункт советского наследия и советского мира – это уверенность в том, что мир изменяем, познаваем и созидаем.



Людмила Булавка-Бузгалина.
СССР – незавершенный проект. Семь поворотов

стр. 108

Обращения к историческим и культурным практикам Советского Союза не только не прекращаются, но и становятся всё более частыми.



Владимир Карпец.
Исцеление (от) права

стр. 134

Одним из результатов перестройки стала «правовая реформа», которая фактически означала ломку всей правовой системы под лозунгом «демократизации советского права».



Александр Коврига.
Глобальный кризис и переустройство государственного дела: вспомним камерализм?

стр. 146

В современном мире полномасштабный суверенитет, значимые цивилизационные инициативы и государственная политика импортозамещения возможны лишь при условии мировоззренческой, идеологической самостоятельности, для чего весьма полезными окажутся наследие и исторические уроки камерализма.



Олег Фомин-Шахов.
Русский уклад в XXI веке

стр. 184

У России есть колоссальный властный, экономический, культурный и демографический потенциал, чтобы оказаться стратегической победительницей в противостоянии цивилизаций.

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2017 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 932 гостей онлайн