Пятница, 15 Декабря, 2017
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)


Рабочие собирают технику Hewlett-Packard на заводе в Чунцине, Китай

Насколько опасно замедление роста китайской экономики?
Пол Кругман

ПРЕДЫСТОРИЯ: Опасения по поводу роста 15 июля китайские официальные лица объявили, что во втором квартале текущего года произошло дальнейшее замедление темпов экономического роста. Эта новость вызвала опасения аналитиков и экономистов, что китайская экспортно ориентированная экономическая модель может оказаться неустойчивой и экономике КНР может грозить спад. Китай опирался на эту модель роста с конца 70-х годов. Дешевый труд позволял поставлять товары в развитые страны по низким ценам. Эта стратегия легла в основу стремительной индустриализации – на протяжении последних 30 лет ВВП Китая каждый год увеличивался в среднем на 10%. Кроме того, толпы китайских крестьян хлынули в города в поисках работы и избыток рабочей силы позволял держать зарплаты на низком уровне. Значительная часть капитала в Китае была направлена на инвестиции. Норма инвестиций в этой стране гораздо выше (а норма потребления гораздо ниже), чем в странах с аналогичными по масштабам экономиками. Тем не менее после недавнего глобального финансового кризиса Китай столкнулся с резким падением спроса на его продукцию. Чтобы поддержать высокий уровень занятости и обеспечить тем самым политическую стабильность, правительство еще больше увеличило инвестиции. Сейчас, когда инвестиции обеспечивают почти 50% ВВП, а ни внешний, ни внутренний спрос не могут компенсировать перепроизводство китайских товаров, некоторые экономисты опасаются, что экономика Китая превращается в пузырь. Недавно в колонке для Forbes Джордж Фридман, исполнительный директор частной аналитической компании Stratfor, написал, что Китаю не удастся с помощью стимулирования вернуть высокие темпы роста и надо вместо этого заняться повышением внутреннего потребления. «Невозможно стимулировать экономику, в которой более миллиарда человек живут в глубокой бедности, – пишет он. – Экономическое стимулирование имеет смысл, когда продукцию можно продать населению. Однако подавляющее большинство китайцев не могут позволить себе товары, произведенные в Китае… Так что нужно увеличивать потребление, а не субсидировать неэффективность».

Недавно я обнаружил, что использую различные метафоры, чтобы объяснить практически те же мысли об экономике Китая, которые я уже излагал в прошлом месяце в своей колонке.
Одна из этих идей заключается в том, что экономика Китая с ее высокой нормой инвестиций и низким потреблением является своего рода финансовой пирамидой. Китайские компании неистово инвестировали, наращивали мощности не ради потребителей, которым ничего особо не нужно, а ради покупателей инвестиционных товаров. Фактически инвестиции делались ради привлечения новых инвестиций в будущем, что позволило бы еще больше нарастить мощности. Найдутся ли в итоге покупатели на товары, производимые на этих мощностях? Не факт. Так что перед нами разновидность схемы Понцы.
Я также озабочен тем, что Китай не знает, как ему сбросить обороты, что это экономика-велосипед, которая упадет, если перестанет двигаться вперед. И я, конечно же, говорил, что рано или поздно крестьяне, готовые вкалывать за гроши, закончатся, и это создаст стену, в которую китайский экономический велосипед и врежется.
Так что китайский понцы-велосипед направляется прямиком к кирпичной стене. Также можно сказать, что фашистский спрут спел свою лебединую песню.

Сценарии экономического шока
Предположим, что правы те из нас, кто опасается столкновения китайского понцы-велосипеда с кирпичной стеной (или, как заметили некоторые читатели, стеной БРИКС). Насколько сильно это должно волновать остальной мир и почему?
Я бы разделил ответы на три группы со следующими заголовками:
1. «Механические» связи посредством экспорта, которые на удивление малы.
2. Цены на сырье, которые могут иметь большее значение.
3. Политика и стабильность в мире, что сопряжено с серьезными рисками.
По поводу первого пункта. Именно о нем многие люди думают в первую очередь. Экономика Китая спотыкается, Китай начинает меньше покупать у остальных стран, в результате глобальный спад. А может быть, все не так страшно.
Вот вам кое-какие поспешные и грубые, но полезные расчеты. В 2011 году совокупный ВВП всех экономик мира без Китая составлял чуть больше 60 трлн. долл. Между тем Китай импортировал товаров и услуг примерно на 2 трлн. долл., что составляет около 3% ВВП всего остального мира.
Теперь предположим, что экономика Китая замедлилась на 5%. Импорт при этом сократится сильнее. Типичные оценки эластичности импорта «по доходам» (изменение его в процентах, если ВВП изменится на 1%, а все остальные индикаторы будут на прежнем уровне) составляют около 2. Так что мы можем столкнуться с сокращением китайского импорта на 10%. Остальной мир испытает шок, эквивалентный 1/10 от 3% его ВВП, то есть 0,3% ВВП. Неприятно, но не катастрофа.
И даже это, вероятно, является преувеличением, потому что значительную часть китайского импорта составляют компоненты для его экспорта, а внутренний спрос тут ни при чем.
Как я сказал, механические связи посредством торговых потоков относительно слабы, хотя для некоторых соседей Китая они могут быть гораздо сильнее (но будут намного слабее для США).
Цены на сырье – это потенциально более серьезная проблема. Китай – крупный потребитель сырья. Например, на его долю приходится 11% мирового потребления нефти. Резкое снижение спроса со стороны Китая может привести к резкому падению цен на сырье. Так что шок от краха понцы-велосипеда может оказаться более серьезным для стран, продающих сырье, независимо от того, торгуют ли они непосредственно с Китаем или с другими странами.
Наконец, политика и международные отношения. Я, разумеется, не эксперт в этой сфере, но политический режим в Китае демонстрирует феноменальное лицемерие (вы не найдете исторических аналогов): официально он строит социалистическое будущее, на практике же он руководит позолоченным веком «свойского капитализма». Откуда же тогда берется легитимность этого режима? В основном из экономических достижений. Стоит этим достижениям закончиться, и что тогда?
И если вы правда хотите понервничать, вспомните, как поступали циничные правительства прошлого, если хотели отвлечь население от внутренних проблем. Никто не слышит звона сабель из-за каких-нибудь островов?


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №14, сентябрь 2015

Захирджан Кучкаров:
«Без концептуального проектирования управляемость не восстановить»

стр. 54

Интервью академика РАЕН, директора Центра инноваций и высоких технологий «Концепт» З.А. Кучкарова альманаху «Развитие и экономика»



Сергей Черняховский.
Романтика и Твердость. Некогда эта страна была значительно сильнее…

стр. 98

Центральный пункт советского наследия и советского мира – это уверенность в том, что мир изменяем, познаваем и созидаем.



Людмила Булавка-Бузгалина.
СССР – незавершенный проект. Семь поворотов

стр. 108

Обращения к историческим и культурным практикам Советского Союза не только не прекращаются, но и становятся всё более частыми.



Владимир Карпец.
Исцеление (от) права

стр. 134

Одним из результатов перестройки стала «правовая реформа», которая фактически означала ломку всей правовой системы под лозунгом «демократизации советского права».



Александр Коврига.
Глобальный кризис и переустройство государственного дела: вспомним камерализм?

стр. 146

В современном мире полномасштабный суверенитет, значимые цивилизационные инициативы и государственная политика импортозамещения возможны лишь при условии мировоззренческой, идеологической самостоятельности, для чего весьма полезными окажутся наследие и исторические уроки камерализма.



Олег Фомин-Шахов.
Русский уклад в XXI веке

стр. 184

У России есть колоссальный властный, экономический, культурный и демографический потенциал, чтобы оказаться стратегической победительницей в противостоянии цивилизаций.

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2017 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 871 гостей онлайн