Суббота, 24 Февраля, 2018
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)


Рабочие собирают технику Hewlett-Packard на заводе в Чунцине, Китай

Насколько опасно замедление роста китайской экономики?
Пол Кругман

ПРЕДЫСТОРИЯ: Опасения по поводу роста 15 июля китайские официальные лица объявили, что во втором квартале текущего года произошло дальнейшее замедление темпов экономического роста. Эта новость вызвала опасения аналитиков и экономистов, что китайская экспортно ориентированная экономическая модель может оказаться неустойчивой и экономике КНР может грозить спад. Китай опирался на эту модель роста с конца 70-х годов. Дешевый труд позволял поставлять товары в развитые страны по низким ценам. Эта стратегия легла в основу стремительной индустриализации – на протяжении последних 30 лет ВВП Китая каждый год увеличивался в среднем на 10%. Кроме того, толпы китайских крестьян хлынули в города в поисках работы и избыток рабочей силы позволял держать зарплаты на низком уровне. Значительная часть капитала в Китае была направлена на инвестиции. Норма инвестиций в этой стране гораздо выше (а норма потребления гораздо ниже), чем в странах с аналогичными по масштабам экономиками. Тем не менее после недавнего глобального финансового кризиса Китай столкнулся с резким падением спроса на его продукцию. Чтобы поддержать высокий уровень занятости и обеспечить тем самым политическую стабильность, правительство еще больше увеличило инвестиции. Сейчас, когда инвестиции обеспечивают почти 50% ВВП, а ни внешний, ни внутренний спрос не могут компенсировать перепроизводство китайских товаров, некоторые экономисты опасаются, что экономика Китая превращается в пузырь. Недавно в колонке для Forbes Джордж Фридман, исполнительный директор частной аналитической компании Stratfor, написал, что Китаю не удастся с помощью стимулирования вернуть высокие темпы роста и надо вместо этого заняться повышением внутреннего потребления. «Невозможно стимулировать экономику, в которой более миллиарда человек живут в глубокой бедности, – пишет он. – Экономическое стимулирование имеет смысл, когда продукцию можно продать населению. Однако подавляющее большинство китайцев не могут позволить себе товары, произведенные в Китае… Так что нужно увеличивать потребление, а не субсидировать неэффективность».

Недавно я обнаружил, что использую различные метафоры, чтобы объяснить практически те же мысли об экономике Китая, которые я уже излагал в прошлом месяце в своей колонке.
Одна из этих идей заключается в том, что экономика Китая с ее высокой нормой инвестиций и низким потреблением является своего рода финансовой пирамидой. Китайские компании неистово инвестировали, наращивали мощности не ради потребителей, которым ничего особо не нужно, а ради покупателей инвестиционных товаров. Фактически инвестиции делались ради привлечения новых инвестиций в будущем, что позволило бы еще больше нарастить мощности. Найдутся ли в итоге покупатели на товары, производимые на этих мощностях? Не факт. Так что перед нами разновидность схемы Понцы.
Я также озабочен тем, что Китай не знает, как ему сбросить обороты, что это экономика-велосипед, которая упадет, если перестанет двигаться вперед. И я, конечно же, говорил, что рано или поздно крестьяне, готовые вкалывать за гроши, закончатся, и это создаст стену, в которую китайский экономический велосипед и врежется.
Так что китайский понцы-велосипед направляется прямиком к кирпичной стене. Также можно сказать, что фашистский спрут спел свою лебединую песню.

Сценарии экономического шока
Предположим, что правы те из нас, кто опасается столкновения китайского понцы-велосипеда с кирпичной стеной (или, как заметили некоторые читатели, стеной БРИКС). Насколько сильно это должно волновать остальной мир и почему?
Я бы разделил ответы на три группы со следующими заголовками:
1. «Механические» связи посредством экспорта, которые на удивление малы.
2. Цены на сырье, которые могут иметь большее значение.
3. Политика и стабильность в мире, что сопряжено с серьезными рисками.
По поводу первого пункта. Именно о нем многие люди думают в первую очередь. Экономика Китая спотыкается, Китай начинает меньше покупать у остальных стран, в результате глобальный спад. А может быть, все не так страшно.
Вот вам кое-какие поспешные и грубые, но полезные расчеты. В 2011 году совокупный ВВП всех экономик мира без Китая составлял чуть больше 60 трлн. долл. Между тем Китай импортировал товаров и услуг примерно на 2 трлн. долл., что составляет около 3% ВВП всего остального мира.
Теперь предположим, что экономика Китая замедлилась на 5%. Импорт при этом сократится сильнее. Типичные оценки эластичности импорта «по доходам» (изменение его в процентах, если ВВП изменится на 1%, а все остальные индикаторы будут на прежнем уровне) составляют около 2. Так что мы можем столкнуться с сокращением китайского импорта на 10%. Остальной мир испытает шок, эквивалентный 1/10 от 3% его ВВП, то есть 0,3% ВВП. Неприятно, но не катастрофа.
И даже это, вероятно, является преувеличением, потому что значительную часть китайского импорта составляют компоненты для его экспорта, а внутренний спрос тут ни при чем.
Как я сказал, механические связи посредством торговых потоков относительно слабы, хотя для некоторых соседей Китая они могут быть гораздо сильнее (но будут намного слабее для США).
Цены на сырье – это потенциально более серьезная проблема. Китай – крупный потребитель сырья. Например, на его долю приходится 11% мирового потребления нефти. Резкое снижение спроса со стороны Китая может привести к резкому падению цен на сырье. Так что шок от краха понцы-велосипеда может оказаться более серьезным для стран, продающих сырье, независимо от того, торгуют ли они непосредственно с Китаем или с другими странами.
Наконец, политика и международные отношения. Я, разумеется, не эксперт в этой сфере, но политический режим в Китае демонстрирует феноменальное лицемерие (вы не найдете исторических аналогов): официально он строит социалистическое будущее, на практике же он руководит позолоченным веком «свойского капитализма». Откуда же тогда берется легитимность этого режима? В основном из экономических достижений. Стоит этим достижениям закончиться, и что тогда?
И если вы правда хотите понервничать, вспомните, как поступали циничные правительства прошлого, если хотели отвлечь население от внутренних проблем. Никто не слышит звона сабель из-за каких-нибудь островов?


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №18, декабрь 2017

Сергей Белкин.
Революция 1917 года как цивилизационный выбор России

стр. 5

Октябрьская революция 1917 года была обусловлена историко-культурной спецификой России, особенностями развития и бытования в истории в качестве геополитического субъекта.



Вардан Багдасарян.
Похороны социализма были преждевременными

стр. 8

Социалистический эксперимент в истории: теория и замысел.



Дмитрий Андреев.
Респонсибилизация элиты

стр. 22

Изъяны и недостатки российской элиты при эффективном многоуровневом управлении этим сообществом могут оказаться полезными и даже незаменимыми для стимулирования новой мотивации элиты, ориентированной на национальные интересы.



Максим Михалёв.
Бремя ответственности, или Попытка ресакрализации элит

стр. 32

Как сделать элиты ответственными, осознающими свой исключительный статус и обращающими все имеющиеся у них возможности на служение своей стране.



Владимир Немыченков.
Культура и большие смыслы

стр. 42

Любая культура основывается на больших смыслах, то есть на тех фундаментальных ценностях, которые и предопределяют особенности социального, политического, идеологического, религиозного и иных аспектов национального бытия.



Урбанистические натюрморты Аристарха Лентулова
стр. 60

В главном здании Театрального музея имени А.А. Бахрушина прошла выставка «Мистерия-буфф Аристарха Лентулова», приуроченная к 135-летию со дня рождения мастера русского авангарда

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2018 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 906 гостей онлайн