Понедельник, 26 Июня, 2017
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)


Владимир Маковский. Крестьянские дети. 1890 год

Троянский конь ювенальной юстиции
Ирина Медведева, Татьяна Шишова

Источник: альманах «Развитие и экономика», №8, декабрь 2013, стр. 44

Ирина Яковлевна Медведева – детский психолог, публицист, член Союза писателей России, директор Общественного института демографической безопасности
Татьяна Львовна Шишова – педагог, публицист, член Союза писателей России, член правления Российского детского фонда

 

Мало какое слово в современной жизни имеет столь выраженную отрицательную окраску, как слово «насилие». И тем более с добавкой «над детьми». Но почему проблема насилия над детьми сейчас так взволновала именно тех политиков и общественных деятелей, которым дети были не просто безразличны, а которые сделали все, чтобы они оказались в нынешней бедственной ситуации? Когда началось массовое обнищание, в газетах писали о голодных обмороках провинциальных школьников и о том, что в некоторых селах дети даже едят комбикорм. Но нынешние печальники о насилии над детьми бодро отвечали, что иного не дано, законы рынка неотменяемы и балласт должен уйти. А все вопли о бедных детках – это, мол, происки красно-коричневых. Когда стали вводить плату за обучение и в обществе возникла тревога, что это закроет путь в вузы будущим ломоносовым из глубинки, борцы с насилием опять же сохраняли невозмутимость. Дескать, элита должна быть потомственной, это нормально, каждому – свое. Одним – Гарвард, другим – коровы. Кому-то же надо их доить!

А какую бурю возмущения среди защитников детских прав вызвали робкие попытки ввести что-то вроде нравственной цензуры – хотя бы для несовершеннолетних. Уж это бы точно снизило процент насилия, в том числе и над детьми, ибо преступники нередко воспроизводят в жизни то, что видят на экране. Порой до мельчайших подробностей копируют эпизоды краж, изнасилований, убийств и прочих надругательств над людьми. Но нет! «Не дадим вновь загнать нас в информационный ГУЛАГ! Дети должны иметь право на информацию», – возмущалась так называемая демократическая общественность, потрясая Международной конвенцией о правах ребенка.

Предложение же запретить аборты доводит «чадолюбцев» прямо-таки до истерического припадка. Хотя, казалось бы, это чудовищное насилие над ребенком – убийство его в утробе матери, когда он не может даже позвать на помощь.

Признаться, мы долго не могли понять это противоречие. Хотя, конечно же, чувствовали в речах о насилии над детьми какой-то подвох, какую-то недосказанность. Ситуация прояснилась сравнительно недавно – когда «защитники» детей поставили вопрос о введении ювенальной юстиции.

Новый проект и старые знакомые

Услышав непривычное название, люди обычно пожимают плечами и спрашивают: «А что это такое?» И если им сказать, как говорят сторонники данного нововведения, что речь идет о создании специальных судов для несовершеннолетних, которые необходимы для полноценной защиты прав детей, то никто и не заподозрит ничего плохого. У нас же много всяких институтов детства: детские сады, школы, детские спортивные секции, детские поликлиники, больницы, санатории, лагеря. Почему бы не быть и специальным детским судам?

А между тем ювенальная юстиция представляет собой такой подрыв детско-родительских, общественных отношений и всего российского жизненного уклада, что по сравнению с ней предыдущие реформы – не более чем выстрелы новогодних шутих.

Массовое развращение детей через СМИ и школьные «инновации», целенаправленное разрушение авторитета родителей, прямая и скрытая пропаганда наркотиков, игорный бизнес, отравление детского сознания через книги и фильмы – все это не случайные разрозненные эпизоды, а последовательная политика «реформаторов». Но, по их собственным признаниям, им очень мешает несовершенство законодательной базы. Поэтому они всеми силами стараются ее «усовершенствовать».

В 90-е годы, к примеру, снизив возраст получения паспорта до 14 лет, наши законодатели вскоре снизили до той же возрастной планки так называемый возраст половой неприкосновенности. И сразу растление четырнадцатилетнего ребенка перестало быть уголовно наказуемым. Чтобы «подкрепить» эту норму, была предпринята попытка узаконить браки с того же четырнадцатилетнего возраста. А еще раньше в медицинское законодательство без лишнего шума протащили разрешение делать аборты пятнадцатилетним девочкам без согласия и даже оповещения родителей. Логика такого проекта вполне понятна: детей с четырнадцатилетнего возраста намеревались объявить взрослыми и предоставить им все надлежащие юридические права. (Что, кстати, весьма поспособствовало бы их повсеместному вовлечению в разного рода процессы общественной дестабилизации, которые, как известно, протекают при активнейшем участии подростков и молодежи.)

Но в нашем «совково-консервативном» обществе номер не прошел. Браки подростков в общероссийских масштабах так и не узаконили, а планку «половой неприкосновенности» после затяжных думских боев все-таки снова повысили до шестнадцати лет. И «реформаторы» переключились на запасной проект.

Всячески муссируя тему насилия над детьми и особых свойственных возрасту потребностей, эти проектанты начали продвигать ювенальную, то есть предназначенную для несовершеннолетних, юстицию. Серьезным правовым препятствием на пути подобных экспериментов в детской среде было объявлено преимущественное право родителей на воспитание. Используя защиту детей от насилия в качестве демагогического прикрытия, сторонники таких перемен пробивают две главные новации. Во-первых, предоставление детям юридически и административно обеспеченного права подавать в суд на своих родителей, воспитателей, педагогов и прочих взрослых. Во-вторых, создание отдельного ведомства, которое возьмет на себя всю работу с детьми и подростками группы риска.

Поскольку пагубность этих реформ не лежит на поверхности, стоит рассмотреть их подробнее.



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №14, сентябрь 2015

Захирджан Кучкаров:
«Без концептуального проектирования управляемость не восстановить»

стр. 54

Интервью академика РАЕН, директора Центра инноваций и высоких технологий «Концепт» З.А. Кучкарова альманаху «Развитие и экономика»



Сергей Черняховский.
Романтика и Твердость. Некогда эта страна была значительно сильнее…

стр. 98

Центральный пункт советского наследия и советского мира – это уверенность в том, что мир изменяем, познаваем и созидаем.



Людмила Булавка-Бузгалина.
СССР – незавершенный проект. Семь поворотов

стр. 108

Обращения к историческим и культурным практикам Советского Союза не только не прекращаются, но и становятся всё более частыми.



Владимир Карпец.
Исцеление (от) права

стр. 134

Одним из результатов перестройки стала «правовая реформа», которая фактически означала ломку всей правовой системы под лозунгом «демократизации советского права».



Александр Коврига.
Глобальный кризис и переустройство государственного дела: вспомним камерализм?

стр. 146

В современном мире полномасштабный суверенитет, значимые цивилизационные инициативы и государственная политика импортозамещения возможны лишь при условии мировоззренческой, идеологической самостоятельности, для чего весьма полезными окажутся наследие и исторические уроки камерализма.



Олег Фомин-Шахов.
Русский уклад в XXI веке

стр. 184

У России есть колоссальный властный, экономический, культурный и демографический потенциал, чтобы оказаться стратегической победительницей в противостоянии цивилизаций.

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2017 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 779 гостей онлайн