Среда, 20 Сентября, 2017
   
(2 голоса, среднее 5.00 из 5)

Председательство России в «двадцатке»:
ожидания и перспективы

Виктория Панова

Источник: альманах «Развитие и экономика», №7, сентябрь 2013, стр. 18

Виктория Владимировна Панова – доцент кафедры международных отношений и внешней политики России МГИМО (Университета) МИД России

 

Второе десятилетие XXI ве­ка стало для нашей страны чрезвычайно богатым на международные события глобального масштаба. С 2012 года фактически начался марафон международно-значимых мероприятий, где Россия выступает в качестве хозяйки. В прошлом году Владивосток стал свидетелем слета крупнейших азиатско-тихоокеанских стран в рамках форума АТЭС. Затем с 1 декабря минувшего и в течение всего текущего года Россия председательствует в «Группе двадцати», следующий год она будет принимать у себя лидеров «Группы восьми», в 2015 году нашу страну посетят лидеры стран БРИКС. И это уже не говоря о таких международных мероприятиях культурного и спортивного плана, как Олимпийские игры 2014 года в Сочи, чемпионат мира по футболу 2018 года и т.п. Впрочем, в задачи данной статьи не входит выяснение ни степени изменения глобальной роли РФ, ни воздействия такой международной активности на социально-экономичес­кое и политическое развитие страны, ни параметров определения изменения международной среды и ее ключевых характеристик, в рамках которых происходит взаимодействие России с остальным миром. Здесь мы лишь рассмотрим истоки и параметры эволюции «двадцатки», важность этого клуба как для стабилизации мирового геоэкономического пространства, так и для продвижения национальных интересов РФ, постараемся определить конкретные параметры и степень влияния России в «Группе двадцати», а также ожидания от председательства Москвы в этом клубе и перспективы дальнейшего развития самой группы.

Создание и эволюция «Группы двадцати»

Несмотря на то, что всеобщее внимание встречи данного клуба стали привлекать лишь с 2008 года, создан он был на целое десятилетие раньше, хотя и на другом уровне. В 1999 году по итогам азиатского финансового кризиса 1997 года и дефолта и кризиса в России в 1998 году страны «Группы восьми» приняли решение создать регулярный консультационный механизм, состоящий из министров финансов и глав центральных банков 19 стран и ЕС, в который бы входили все системно важные развивающиеся страны. Причем интересно, что возникавшие ранее по инициативе США произвольные группировки не менее системно значимых стран – «Группа 22», «Группа 33» и т.п. – так и не прижились. Вернее, они исчезали, исполнив непосредственно порученные им задачи, а «Группа двадцати», архитекторами которой выступили все члены «семерки», фактически на сегодняшний день приобрела положение глобального экономического директората.

Возникновение «двадцатки» в 2008 году стало де-факто признанием того, что «семерка» (в данном контексте «восьмерка» с Россией в ней скорее играла вспомогательную роль) более не способна единолично решать проблемы мирового экономического развития и финансовой стабильности. Сразу же с появлением «двад­цатки» на министерском уровне стали раздаваться голоса за переведение форума на лидерский уровень. Самый громкий голос звучал со стороны как официальных лиц, так и академического сообщества Канады, что в данном случае не столько свидетельствовало о прозорливости представителей этой страны относительно грядущего глобального финансово-экономического кризиса, грянувшего в конце первого десятилетия XXI века, сколько разумно обосновывало возможность повышения роли собственного государства в рамках глобальных структур. Возможно, это звучит достаточно цинично и отчасти парадоксально. Ведь и без того небольшой удельный вес Канады должен еще более размыться и снизиться в рамках более широкой структуры из 20 участников. Тем не менее политические инициативы, на которые всегда делали ставку в Оттаве (например, выдвижение проблемы апартеида на повестку дня встречи «семерки» в год председательства Канады, продвижение вопроса о запрещении противопехотных мин и т.п. – каждая из названных проблем действительно достойная поддержки, но кроме того она еще и выполняет роль политического рычага, поднимающего страну-инициатора на ступень выше ее реальных возможностей), должны были сыграть в ее пользу и на этот раз. Ведь благодаря своей позиции Канада становилась навечно страной, активнее других поддерживавшей и добивавшейся создания лидерского форума двадцати, а также потенциально большим другом и меньшим «Западом» в глазах развивающихся стран-членов «двадцатки». Неслучайно также в кругах исследователей клубных механизмов бытует шутка о том, что если бы «семерки» не было, Канаде следовало бы ее придумать самой.

Интересно, что как только появилась «Группа двадцати», она мгновенно перехватила пальму первенства как главное мировое зло в глазах антиглобалистов и иных протестных кругов. Существовавшая с середины 1970-х годов «Группа семи/восьми» фактически оказалась в тени «двадцатки» и перестала в прежней степени привлекать внимание СМИ и общественности. Тут же появились и недовольные из других стран, обиженные отсутствием их самих в рядах нового элитного клуба.

В пик кризиса саммиты «Группы двадцати» проходили по два раза в год, но уже с 2011-го, когда лидеры признали его относительное затухание, количество ежегодных встреч сократилось до одной.

«Группа двадцати» относится к категории клубных механизмов, или неформальной дипломатии. Их объединяет ряд общих характеристик и принципов. Прежде всего это неформальная структура, созданная не на основе межгосударственного соглашения, в которой отсутствуют устав и административные управляющие органы. Тем не менее в рамках таких клубов существуют устоявшиеся принципы деятельности, которые с некоторыми модификациями, связанными в первую очередь с количеством и разнообразием участников, сохранились и в рамках этого форума. «Двадцатка» действует на уровне лидеров, основным событием каждого года является саммит, повестку дня которого активно готовят личные помощники глав государств, или шерпы, су-шерпы со стороны министерств иностранных дел и финансов, а также соответствующие аппараты госструктур. С целью облегчения процесса и обеспечения его минимальной преемственности и упорядоченности в «Группе двад­цати» была также создана «тройка» из предыдущего, текущего и будущего председателей. Также обязательным принципом стал принцип ротации председателей из развитой и развивающейся страны или страны с переходной экономикой. На сегодняшний день в состав «тройки» помимо России входит председательствовавшая в 2012 году Мексика и Австралия.

Как и в остальных клубных механизмах, в «двадцатке» действует принцип консенсуса принимаемых решений при отсутствии их юридического закрепления, то есть все итоговые документы являются лишь политическими. Отсюда же вытекает и проблема исполнения принятых на себя обязательств. По идее наличие консенсуса предполагает согласие всех участников следовать принятым решениям, но отсутствие механизма контроля и принуждения и широкая трактовка того, как каждый из участников будет выполнять принятые обязательства, зачастую ставят под вопрос эффективность деятельности такого рода механизмов. Яркими примерами подобного отношения участников к своим же решениям в рамках «двадцатки» можно считать, во-первых, поддержку ими реформы квот в МВФ в 2010 году (а как мы знаем, воз и ныне там), а во-вторых, решение «Группы двадцати» о невведении протекционистских мер (опять же и в этом вопросе 17 из 19 стран нарушили собственные же обязательства). Впрочем, именно поэтому так остро встал вопрос о необходимости введения элементов самоконтроля и отчетности в группе, что и стало одной из задач, объявленных российской стороной в ка­честве приоритетных.

Почему именно «Группа двадцати»

Признание семью ведущими странами невозможности управлять и стабилизировать мировые экономические процессы самостоятельно привело к формированию клуба 19 системно важных мировых экономик и Европейского союза. Не секрет, что все вместе эти страны производят до 90 процентов мирового ВВП, на них приходится порядка 80 процентов мировой торговли и более 60 процентов населения мира (причем до двух третей беднейшего населения также проживает в этих странах). Таково соотношение этих стран с остальным миром. Не менее важным фактором является и перебалансировка мощи и потенциала внутри самой группы и постепенный переход экономических и финансовых возможностей от постиндустриальных стран к нарождающимся экономикам. Так, в соответствии с последними данными МВФ, с 1998 по 2012 год глобальный валовый продукт вырос почти в 2,5 раза – с 30,2 до 71,7 триллиона долларов США. Но при этом параллельно наблюдалась следующая тенденция: доля нарождающихся и других развивающихся экономик выросла с 23 до 41 процента, в то время как доля ведущих стран снизилась с 77 до 59 процентов.

 



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №14, сентябрь 2015

Захирджан Кучкаров:
«Без концептуального проектирования управляемость не восстановить»

стр. 54

Интервью академика РАЕН, директора Центра инноваций и высоких технологий «Концепт» З.А. Кучкарова альманаху «Развитие и экономика»



Сергей Черняховский.
Романтика и Твердость. Некогда эта страна была значительно сильнее…

стр. 98

Центральный пункт советского наследия и советского мира – это уверенность в том, что мир изменяем, познаваем и созидаем.



Людмила Булавка-Бузгалина.
СССР – незавершенный проект. Семь поворотов

стр. 108

Обращения к историческим и культурным практикам Советского Союза не только не прекращаются, но и становятся всё более частыми.



Владимир Карпец.
Исцеление (от) права

стр. 134

Одним из результатов перестройки стала «правовая реформа», которая фактически означала ломку всей правовой системы под лозунгом «демократизации советского права».



Александр Коврига.
Глобальный кризис и переустройство государственного дела: вспомним камерализм?

стр. 146

В современном мире полномасштабный суверенитет, значимые цивилизационные инициативы и государственная политика импортозамещения возможны лишь при условии мировоззренческой, идеологической самостоятельности, для чего весьма полезными окажутся наследие и исторические уроки камерализма.



Олег Фомин-Шахов.
Русский уклад в XXI веке

стр. 184

У России есть колоссальный властный, экономический, культурный и демографический потенциал, чтобы оказаться стратегической победительницей в противостоянии цивилизаций.

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2017 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 737 гостей онлайн