Пятница, 21 Сентября, 2018
   
(2 голоса, среднее 3.00 из 5)

Каменистая тропа свободы
Александр Разумов

Источник: альманах «Развитие и экономика», №6, июнь 2013, стр. 76

Александр Евгеньевич Разумов – старший научный сотрудник Института философии РАН

Предлагаю начать разговор о путях свободы, вспомнив о гении Микеланджело Буонарроти, чтобы сразу же оказаться на одной из вершин истории. Для темы моего по­вест­вования важно то, что архитектор, скульптор, живописец и поэт Высокого, затем Позднего Возрождения явился ярким носителем той главной, самой фундаментальной из всех человеческих свобод, которая сопровождает человека весь его путь к «пределам жизни».

Об этой свободе поговорим в конце, не стоит забегать вперед.

***

Позвольте вначале внести некоторую ясность в постановку вопросов. Подобно другим общим понятиям свобода вбирает в себя многие смыслы, отличается большим числом до­пустимых истолкований, не всегда между собою согласных и совместимых.

Свобода воли, свобода выбора, свобода слова, свобода совести, свобода мысли, «свобода от» и «свобода для» – это все разные свободы. В России еще недавно свобода слова замещалась простой болтовней, а раньше бывало, что и «орево стояло» (Всеволод Мейерхольд), причем не только в театре. Свобода шествий, митингов, собраний, свобода выборов провозглашалась Конституцией во времена самой махровой деспотии. Стремление освободиться от давящего гнета государства может обернуться непредвиденным «хамодержавием» (Константин Станиславский). Замечательная свобода совести может сопровождаться плясками девиц в храме. Так что коль скоро история предлагает разные толкования свободы, то и мне следует соблюдать аккуратность в употреблении этого понятия. Бесспорно то, что для пользы свободы следует ограничить ее некоторой необходимостью, логикой мысли, если получится, и строгими, неизменными, когда это возможно, значениями принятых терминов. Но надлежит разобраться не только с этим. Следует проникнуть в глубинный смысл понятий и в эволюцию смыслов.

Станем считать свободой возможность преодоления любых форм и видов внешней по отношению к «я» детерминации, возможность человека-субъекта принимать решения, затем действовать с целью достижения желаемых результатов и возможность отказываться от любых действий. Необходимо различать свободу как объективную характеристику определенных деятельных форм человеческой активности и свободу как состояние личности, как ее субъективные переживания. Популярная у нас «свобода как осознанная необходимость» – частный случай свободы и понимания свободы.

Толкование свободы, которое обязано охватить феномен в целом, стремится включить самые разные свободы, часто противоречащие друг другу экзистенциальные смыслы. Поэтому соединить все фрагменты можно только в какой-нибудь абстрактной модели, в теоретическом построении, где многозначные, паранепротиворечивые логики и истины будут соседствовать с вероятными результатами. Правда, в практической полезности подобной конструкции позволю себе усомниться.

Конечно, во все, что касается собственных свобод, человек привносит факторы веры и интуиции, исторически и ситуационно изменчивую личную и групповую мотивацию, а значит, дополнительную неопределенность. Мотивация может отклонять поведение от статистически ожидаемого. Она способна подвигнуть на поступки, которые станут отличаться от прогноза, основанного на анализе «объективных причин». Особенно если имеющиеся неопределенности дополнить, подключив к ним политические, экономические, финансовые, идеологические мотивы и измерения свободы. Мотивы вносят дополнительные вероятности в анализ поведения. Все так. И все же историческая наука мало похожа на квантовую механику. События истории совсем не напоминают причудливые танцы элементарных частиц, внезапные появления из пустоты и исчезновения неизвестно куда. События истории более определенны и доступны сознанию. Если правы те, которые сомневаются в существовании Абсолютного Наблюдателя, то человек полностью несет ответственность за дарованную ему Природой свободу. Понятно при этом, что свобода человека может быть тем полнее, чем глубже он познанием проник в физику, биологию, социологию окружающего, в психологию своего внутреннего мира. Хотя если существует Абсолютный Наблюдатель, он также не снимает с нас задачу, используя синтетические знания, проникать в тайны Природы, или Творения.

***

Вместо абстрактных всеохватных конструкций, отслеживая неоспоримые достижения и пытаясь понять исходящие от свободы угрозы, следует привлечь к изучению проблемы философию как представительницу синтетического знания, историческую память и саму историю.

Можно вспомнить, скажем, такие достижения в познании необходимости и такие угрозы собственной экзистенции, о которых знали наши далекие предки времен только еще утверждавшегося философского мышления. Этот путь зовет нас в глубину веков, к разным культурам и цивилизациям, к истокам формирования личности и морали. Историческая память возвращает нас во времена перехода от массово-архаических, коллективистских, этнических или локальных религий к религиям личностного спасения, к феномену, который мы называем мировыми религиями. Уже тогда наши предки старались ограничить свободу моралью, чтобы сделать ее более приемлемой и безопасной.

Интересно, что поиски моральных регуляторов поведения происходили в разных, иногда мало, иногда вовсе не связанных взаимовлияниями культурах, что указывает на закономерный общечеловеческий исторический характер проблемы. «Поступай по отношению к другому так, как ты хотел бы, чтобы он поступал по отношению к тебе» – это золотое правило морали встречается уже в ранних памятниках многих культур – у Конфуция, в «Махабхарате», в Библии. Аналоги золотого правила можно найти у Гомера в «Одиссее» и в «Этике» Аристотеля, они присутствуют в буддизме, в исламе, конечно, в христианстве. Потом в потоках истории свободы мысли все это трансформируется в похожие системы морали, но разные теории и разные практики. Вспомним, скажем, «априорный категорический императив» Канта, споры с ним и классовое несогласие, «моральный кодекс строителя коммунизма» и т.п. Случались времена «свободы от» – вплоть до торжества свободы от морали и совести в России во времена сначала борьбы с «привилегиями», затем весьма инициативной приватизации «ничейной собственности», введения (едва ли не указами президента РФ) в стране демократии и гражданского общества, а также строительства правового цивилизованного (некоррумпированного) государства. Всегда до конца не ясно, какую из свобод человек предпочтет в итоге. А в итоге всех этих усилий образовался и существует правящий слой, которому, по слухам, обязаны своим сегодняшним благоденствием сельские врачи, школьные учителя, научные работники и представители других слоев граждан. Власти слухи не опровергают.



НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2018 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 894 гостей онлайн