Четверг, 19 Июля, 2018
   
(2 голоса, среднее 5.00 из 5)

Как нам реорганизовать статистику?
Василий Симчера

Источник: альманах «Развитие и экономика», №19, март 2018, стр. 112

Василий Михайлович Симчера – доктор экономических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ

Достоверная статистика – основа основ честной и праведной жизни. Если доподлинно знать, что происходит, – жить, как бы ни было тяжело, становиться легче. Она, как компас, ориентирует на правильные пути, страхует, как в разведке, от подрыва на минах. Такой статистики у нас давно нет… Живем, не ведая, что творим, в потемках…

Сегодня статистика в России снизу доверху приватизирована и монополизирована, выхолощена и низведена до уровня придворной службы. И вместо былого самого мощного орудия достоверной информации глашатаями антинародных порядков – начиная от либералов и кончая псевдопатриотами от власти всех мастей – до основания искажается и превращается в орудие дезинформации.

Вопреки действующим законам конкуренции исключительное право на сбор и распространение официальной статистической информации и, следовательно, монопольное право на истину сегодня приватизировано и сконцентрировано в руках одной единственной в России организации – Федеральной службы государственной статистики (Росстата). Это означает, что все научные и общественные учреждения России, гражданское общество в целом сегодня по закону лишаются возможностей инициирования и создания собственных статистических служб и баз альтернативной статистики и по определению обрекаются на своеобразный статистический голод или формальные и апологетические исследования и разработки по чужим лекалам. Отсюда – хроническое доминирование в России бездоказательных, по преимуществу неполноценных или ошибочных решений, принимаемых и реализуемых в условиях отсутствия или неполноты, недостоверности или неадекватности и непригодности наличных исходных данных. И как следствие – всеобщий разгул фиктивных и мошеннических данных, бездоказательность абсолютного большинства принимаемых не только хозяйственных, но и многих судебных решений, невиданная вольница и безответственность при распространении искаженных данных в СМИ, коррупция и коррупционеры на всех уровнях и во всех сферах управления.

Многочисленные конструктивные предложения по исправлению нынешней неудовлетворительной и губительной практики ретивыми адвокатами от статистики расцениваются сегодня как клевета на общественные устои, провокационно приравниваются к информационным функциям, выполняемым иностранными агентами, и грубо отвергаются. В результате официальная статистика как отрасль практических занятий и статистика как объективная наука вошли у нас в антагонистическое противоречие и находятся сегодня в полном противодействии друг другу. Никогда в прежние времена, в том числе в годы войны, разрыв между тем, что должна статистика своим гражданам и обществу, и тем, что она фактически дает, не был так велик. Мобилизовать народ и толком объединить все ныне разрозненные силы и ресурсы страны на решение предстоящих задач при таком разнобое в организации статистики и таком Росстате невозможно. Страна и народ утонут во лжи и обмане.

На основе тех данных, которыми пользуется в России нынешний правящий класс, принимать решения не только невозможно, но и опасно: будешь палить по своим, а не по чужим. Вот и живем на ощупь и стреляем куда попало. Чтобы не наводить полный мрак, добавим, что исключения у нас, конечно же, есть, но они, к сожалению, всего лишь исключения. Что делать? Деприватизировать Росстат и демонополизировать официальную статистику России. Сделать ее орудием эффективных преобразований и защиты отечественных ценностей, какой она была в свои лучшие годы и какой ей следует быть.

Немного истории

Реформаторы советской статистики прошлись бульдозерным катком по всем ключевым направлениям ее развития. За исключением именитого в Москве здания Ле Корбюзье, в котором располагался штаб советской статистики – ЦСУ СССР, – да и то здания, ныне наполовину отторгнутого и поневоле отданного на откуп посторонней организации, – разрушено всё. В первоочередном порядке до основания были ликвидированы некогда самые авторитетные в мире принципы и методы организации и работы отечественной статистической науки и практики – принципы и методы, основанные на сборе, обработке контроле первичных данных регулярной текущей отчетности и периодических сплошных наблюдений (общегосударственных переписей и инвентаризаций), гарантировавшие наивысшую возможную степень ее достоверности. Уникальный орган единого народнохозяйственного учета, статистики и контроля в ранге государственной правительственной организации, штаб советской статистической науки и практики, некогда не имевший аналогов в мире, – ЦСУ СССР – прекратил свое существование. На его месте с урезанными правами и возможностями появился Госкомстат, а затем многократно передаваемый из рук в руки в подчинение чиновникам разных ведомств и рангов (ныне – в третий раз чиновникам Минэкономразвития) – Росстат – формальный орган государственной статистики, лишенный прав самостоятельной, напрямую подчиненной правительству организации.

Так, некогда независимая, неподвластная никаким чиновникам и бюрократам статистика – этот почти столетием испытанный, надежный и общепризнанный во всём мире инструментальный орган контроля в России, своеобразный непререкаемый арбитр в принятии доказательных государственных решений – вопреки логике была превращена в подконтрольный орган, обреченный на подчиненное положение, а сам контроль стал чисто формальным занятием. В результате преобразующая роль и громадный эффект народнохозяйственных контрольных функций статистики в одночасье был утерян. И, как следствие, вместо полноценной статистической службы мы получили чисто камерную сервильную службу, занятую сбором, обработкой и публикацией угодных данных по узкокорыстным интересам, программам и заказам кучки наемных олигархов и бюрократов от власти, неспособную обеспечить надлежащий контроль за достоверностью наблюдаемых данных и непригодную для решения текущих общегосударственных задач.

В истекшие годы еще больше было утеряно в развитии статистической методологии. На четверть века были прекращены работы, связанные с применением методов межотраслевых и актуарных исследований, эконометрическими измерениями и сопоставлениями окружающей среды и роста, конъюнктурной и компьютерной, в том числе биржевой, статистикой, методами латентного статистического контроля, построением исторических рядов, изданием энциклопедии статистических знаний, с регулярными научными конференциями и съездами статистиков, многими периодическими и серийными изданиями – в частности, многосерийным изданием «Трудов ЦСУ СССР» и 50-ти томным изданием «Ученых записок по статистике Академии наук СССР».

Канул в Лету лидер лучших для своего времени прогрессивных статистических идей и фундаментальных разработок, кладезь мирового хранилища баз статистических данных и публикаций, до сих пор широко узнаваемый и признаваемый во всем мире непримиримый противник фальсифицируемой буржуазной статистики. Ликвидированы статистические вузы, факультеты и кафедры. Прекращена подготовка и переподготовка статистических кадров. Закрыты аспирантуры. Прерваны фундаментальные исследования и связи с академической наукой. На обочину отечественной статистики, в том числе в эмиграцию, вытеснены лучшие статистические умы. Практически полностью аннулированы былые многосторонние международные статистические связи. Три четверти ответственных работников нынешних статистических служб не имеют требуемого специального статистического образования. Решением сложных статистических задач, требующих профессионального знания современных специальных методов математики, информатики, экономики и статистики, сегодня в массовом порядке занимаются былые несостоявшиеся инженеры, врачи, агрономы, адвокаты (а иногда – по кумовству – былые водители, домоуправы, охранники и даже бывший криминал), но не грамотные и образованные специалисты. То есть статистике как одной из важных отраслей профессиональных занятий и науке о доказательствах, основанных на фактах, был положен конец.

Почему реформаторам надо было приватизировать статистику?

Ответ очевиден: а как иначе можно было одним махом избавиться от достоверного учета и контроля, только и возможного на основе наличия полных и объективных данных, основой основ, надежным фундаментом которых являлась былая советская статистика? Как иначе можно было получить права на произвольное искажение данных, очковтирательство, приписки и т. д., которые в советские времена считались преступлением и карались в судебном порядке? Как иначе можно было заполучить безграничную монополию на безнаказанную фальсификацию данных, ложь и дезинформацию?

Известно, что для любой приватизации или деприватизации интеллектуальной собственности главное не объекты, а права. В статистике это права на свободное получение, пользование и распоряжение полной и достоверной информацией. Именно эти права ее нынешними реформаторами были попраны, узурпированы и приватизированы. В результате на обочине оказались ее высшие ценности – достоверные, опытом полученные и практикой проверенные данные и факты, основанные, как в суде, на строгих доказательствах. Объективные и всегда контролируемые (верифицируемые) данные и факты, которые в отечественной статистике всегда ставилась выше всего. Ничего субъективного, никаких личных точек зрения и мнений, одни проверенные объективные факты и только факты. Факты, номинируемые, как правило, в цифрах и знаках и представляемые в виде всевозможных таблиц, образов и графов. Любое предложение понималось и принималось так: если вы можете представить существо того, о чем вы судите, в цифрах и фактах – значит, вы знаете, о чем вы судите, если не можете – значит, вы до конца и точно не понимаете, о чем вы судите. В таком случае предложение не вообще, а мотивированно отклонялось.

Поэтому в первую очередь надо было остановить работу фабрики производства именно таких цифр и фактов – фабрики, которой, как известно, являлась вся былая отечественная статистика, издревле понимаемая как отрасль практической деятельности и наука, основанная на объективных и доказательных цифрах и фактах. И с тех же древних времен приверженцами лжи, обмана и махинаций она жестко, вплоть до судов многократно оспаривалась. Изначально надо было остановить работу фабрики русской (царской, а затем и советской) статистики, которая как добропорядочный и пристойный агент и модератор общественно значимых практических и научных занятий вне достоверных цифр и фактов никогда не доверяла пустым клятвам и заверениям и во многих случаях, в том числе во времена строгих правлений Ивана IV, Петра I или Николая I, не говоря о других временах, выступала против принимаемых несправедливых, спорных и ошибочных решений.

Как же работает эта фабрика сегодня? Можно ли утверждать, что с учетом достигнутого громадного прогресса в развитии новых информационных технологий она работает лучше, чем в прошлом? Увы, вряд ли такое утверждение будет верным. Скорее наоборот – верным будет прямо противоположное утверждение. Почему? Известно, правда – дело штучное, вещь трудоемкая, дорогостоящая и небезопасная. Заказов, особенно социальных заказов, на правду в современном по преимуществу лицемерном и компрадорском мире мало или почти вовсе нет. В нынешнем мире гораздо безопаснее продуцировать полуправду, а то и откровенную ложь, спрос на которые только и существует. Оказалось, что приватизировать подлинные ценности статистики, ее интеллектуальный капитал, уникальные методы и достоверные данные невозможно и нынешним оборотням во власти незачем. Действительно, зачем хранить и культивировать то, что разоблачает? Вот и пришлось поспешно избавляться от подлинных ценностей былой отечественной статистика, уничтожать многочисленные архивы первичных данных, разработок и публикаций, предавать забвению выдающиеся статистические имена и накопленный опыт и подменять их прямо противоположными суррогатами. В результате одна из лучших в мире статистических служб оказалась целиком и полностью приватизирована и до основания разрушена, а былая ее сила правдивого воздействия на массы – утеряна.

Почему статистику в России сегодня необходимо деприватизировать?

Как восстановить утерянное и разрушенное? Ответ, обоснование которого следует ниже, такой: снизу доверху реорганизовать современную статистику, вырвать ее из рук нынешних псевдореформаторов, фальсификаторов и бюрократов, деприватизировать и демонополизировать, переподчинить Федеральному Собранию РФ, передать в руки специалистов, способных по-настоящему превратить ее в силу не только мощного познания, но конструктивного преобразования окружающего нас мира, сделать ее общенародным достоянием. Без принятия соответствующих мер буквально ни один вопрос эффективного развития современной статистики в России сегодня не может быть не только решен, но и поставлен.

Что надо в первоочередном порядке исправлять?

В своем рвении служить чиновнику, а не истине наша статистика в годы реформ потеряла то главное, чем на протяжении целых двух веков славилась, – правду. И не только саму по себе правду, но и мотивы служить и защищать ее. На всех уровнях и во всех звеньях управления верх взяла псевдостатистика. Из мощного и общепризнанного орудия служения истине, продуцирования и распространения правды она в годы реформ превратилась в орудие фальсификации данных, лжи и обмана и тем самым окончательно запуталась. И не только статистика бюрократическая, казенная, но во многом и вся либеральная социальная и научная статистика. Нынешняя так называемая либеральная, а по сути антинародная олигархическая статистика сегодня берется и готова решать любые нерешаемые задачи и практически ни одну решаемую. И занимается тем, чего не существует, например, изображает рост благосостояния народа или эффективную работу наших чиновников.

Дезинформируя общественное мнение, официальная статистика охотно рапортует о достижениях либеральной экономики, которых в действительности нет, или о богатствах и богатых, не выдавая ни одной цифры об источниках и природе этих богатств, там, где надо с цифрами в руках показать правду, – демонстрирует фигуру умолчания, а там, где следовало бы молчать, стесняясь вранья, – вопит, выполняя функцию лучшего в мире апологета. Выражаясь словами классика, она у нас играет «в цифирь», измышляя невидимое и скрывая видимое. Цена такой статистике – грош. И поделом сегодня на нее все, даже ее былые креативные либералы, грешат.

В результате получается, что у нас нет статистики как таковой. И наш народ сегодня толком о себе и своей стране мало что или вообще ничего не знает. Известно, что статистика тогда и только тогда статистика, когда она, как зеркало, беспристрастно отражает истинное положение дел независимо от каких-либо классовых или иных интересов и взглядов. Такую статистику мы называем статистикой социальной справедливости, или народной статистикой, независимой по отношению к нынешней официальной статистике, которая в угоду правящему классу фальсифицирует и искажает истинное положение широких народных масс в современном обществе. У нас такой статистики сегодня и близко нет, ее былые не только ростки, но и корни (а заодно и лучшие ученые и специалисты) нашими реформаторами в лихие 90-е годы до дна были выкорчеваны. Как нам создать подлинную статистику, без которой построить свободное гражданское общество и справедливое социальное государство невозможно? Статистику как науку о доказательствах, основанных на объективных данных, а не на мнениях? Понятно, что без такой статистики преодолеть многие ошибочные решения нынешних властей, многочисленные искажения, пренебрежение народными интересами и, как общее следствие, отрицательное отношение и тотальное недоверие к отечественной статистике и статистикам нынешней государственной службы – невозможно и никаким силам не удастся.

На службе государственной статистики сегодня в разных федеральных ведомствах и региональных органах управления России находятся более 150 тысяч человек, в том числе около 30 тысяч человек в центре и на местах в системе Росстата. Примерно в два раза больше занятых статистикой насчитывается сегодня в разных компаниях и корпорациях, учебных и научных учреждениях и общественных организациях всех форм управления и собственности, включая смешанные российско-иностранные организации и компании. Что должна давать современная статистика государству, гражданскому обществу и населению. Своевременные полные и достоверные данные, в конкретных условиях места и времени всесторонне характеризующие темпы, пропорции и взаимосвязи наблюдаемых объектов и явлений, необходимые для принятия обоснованных решений. Такими данными сегодня располагают всего лишь единицы избранных в мире государственных учреждений, частных компаний и корпораций, среди которых, к сожалению, нет ни одной российской. Получать и поддерживать такие данные можно только путем объединения усилий и ресурсов всех действующих в стране информационных служб, на содержание которых, кстати, сегодня у нас из бюджета тратится больше средств, чем на весь ЖКХ. Уточним: все они являются структурами апологетической статистики и информации – от Сколкова и до зарубежных служб RT или «Спутника», – и среди них нет ни одной независимой статистической службы.

Важная составляющая функции статистики – предоставление полноценной и достоверной информации пользователю. Что она дает сегодня пользователю? Что современный пользователь может найти о своем истинном положении в нынешних статистических рапортах и публикациях? Ничего, кроме откровенно завышенных и обильных данных о наших заведомо мнимых успехах, с одной стороны, и еще более скупых и заниженных сведений о неудачах и провалах, с другой стороны. Ничего, кроме белых пятен или вуалируемых и искаженных, много раз до неузнаваемости исправляемых данных о коррупции и коррупционерах, о кризисе и его виновниках, о фальсифицируемом росте цен, долгах, инфляции и дефолте, падении уровня жизни и плачевном положении малоимущих, фиктивных цифр миграции населения, вывоза капитала и т. д. А главное – ничего об упущенных выгодах, потерях и полномасштабном физическом износе страны и грозящей ей техногенной угрозе самоликвидации в ближайшие годы, которую в мире ждут, а у нас не замечают все наши бдительно смотрящие разведывательные и надзорные службы, в том числе Росстат.

Наши дела на самом деле обстоят совсем не так, как они представляются. Мы глубоко ошибаемся, что мы отошли от края пропасти опасных бифуркаций и тем более что находимся в точке выхода из кризисного банкротства. В действительности же мы находимся далеко позади стартового 1991 года. И если бы мы по-настоящему замеряли то, что у нас происходит, если бы имели полную и достоверную статистику данных, мы бы увидели, в какой пропасти находимся. Но у нас такой возможности нет. Всё продолжает строиться на одних слухах, мнениях и домыслах. Нам же нужна полноценная и достоверная статистика.

Нам нужна новая статистика

Чтобы коренным образом изменить положение, в современном мире должен быть совершен равный революции разворот от грубого диктата лживых допущений и фальсифицируемых ценностей к культу подлинных измерений и реальных ценностей. Мир должен перейти с языка дезинформации и лжи на понятный язык доказательного и контролируемого решения тех проблем, с которыми сегодня сталкивается человечество, их количественного измерения и сопоставления, инструментом которых может быть, как любой измерительный прибор, только беспристрастная, неангажированная статистика. Во времена, когда правда – это то, что выгодно, заниматься статистикой и пытаться принимать обоснованные решения на основе одного голого доверия, без контроля и доказательств – не только наивно, но и глупо. Таковы времена! Сегодня искажены не только сами оценки, но и их смыслы и понятия. Дошло до того, что убытки широко позиционируют не как собственно убытки, но как негативные доходы, взятки – как вознаграждение, знание – как услуги, а гибель людей – как рядовую новость.

Исправить дело можно: надо принять закон о противодействии легализации дезинформации. И закон о недействительности любых сделок, совершенных без предъявления вменяемых доказательств и лицензированной контрольной проверки. За умышленную и публичную дезинформацию, ложь и фальсификацию данных следует исправно наказывать. Одного праведного Божьего суда сегодня уже недостаточно!

Цифры одни – результаты разные. Мы, наконец, десять лет тому назад обрели закон о статистике. Чтобы он эффективно работал и достигал конечных целей, нужно принять еще один закон – о противодействии легализации правонарушительной информации в Российской Федерации, в том числе инсайдерской информации как наиболее массовой и вместе с тем разрушительной. Это поможет побороть главное зло в нашей жизни – ложь, родиной которой, как известно, является лукавая статистика. Исправить последнюю можно при наличии реального в наш век всеобщего и исчерпывающего электронного учета. Но этого никогда не будет – не потому, что он громоздкий и затратный (на внешнее видеонаблюдение сегодня в мире тратится в десятки раз больше сил и средств), но потому, что при его повсеместном внедрении будут уничтожены дезинформация, ложь и обман. Большего наказания для нынешнего коррумпированного правящего класса и его пособников всех мастей придумать невозможно!

Имеют значение и методологии счета. Например, по методологии Международной организации труда число безработных у нас превышает сегодня 8 млн человек (и это без учета трудоспособных лиц, не имеющих постоянной работы, численность которых у нас зашкаливает за 17 млн), по нашей статистической методологии – 5 млн человек, а по регистрационным данным службы занятости – всего 1 млн человек. Где здесь верная цифра, а где искажения? Ответ: и там и там – правда. Различаются не цифры как таковые, а методологии, шкалы измерений. По одному и тому же поводу «у нас и у них» одно и тоже расценивается совсем по-разному, иногда даже прямо противоположным образом. Как быть? Сравнивать то, что «у них», по нашей методологии, а то, что «у нас», – по их. Увидите, что разрывы между нами не такие страшные, как их тенденциозно рисуют обыватели. Особенно наглядно это прослеживается на примере оценок кризисных явлений, которые разнятся уже на целые порядки.

Статистика сегодня во всем мире – это всё что угодно, кроме самой статистики. На самом деле статистика – это достоверные факты, которые практически устанавливаются так, как устанавливается истина в суде. А эти факты с легкой руки, для удобства, красного словца или чаще всего корысти ради смешивают с суррогатами. Слухи и манипуляции стали значить много больше фактов, ложь – правды, выводы – доказательств, средства – дороже, чем цели, слово – выше дела, а слава – выше истины.

Под предлогом сохранения коммерческой тайны и тайны частной жизни светский мир уже давно устроил войну раскрытию информации, публикации прозрачных и, следовательно, достоверных данных.

Все современные структуры – компании и корпорации, министерства и ведомства, международные организации – работают сами на себя много больше, чем на дело. В среднем только 2,5 процента их информации и 3,5 процента рекомендаций доходят до конечного потребителя и, следовательно, до практической реализации.

И тем не менее даже сегодня независимая прогрессивная статистика, как и неангажированные СМИ, может отражать то, что есть, а не то, что ожидают. Но человеку сегодня нужна не статистика сама по себе, не голые цифры, но убедительная комплексная информация. Информация как навигатор, которая способна ориентировать людей, помогать им жить. Информация, которая и утешает, и вразумляет, и отрезвляет, и главное – помогает, а не угнетает. К сожалению, такой информации мало, она – дефицит и, как всякий дефицит, дорожает, становится всё менее доступной для простого человека. Во всём мире стало нормой, что ненужной и бесполезной информации полно, а необходимой – мало или почти нет. И в этом смысле современной статистикой многие слои населения справедливо недовольны.

Перепись – лицо статистики. Самые ценные и достоверные в статистике данные – данные сплошных всеобщих переписей и инвентаризаций. Это те первичные факты-слепки, которые составляют основу основ, фундамент статистики. Высшая их ценность в том, что это добровольные сведения. Нельзя ли сегодня отказаться от сбора по существу уже известных данных, как это уже давно делают некоторые страны? Можно, но тогда и только тогда, когда МВД, пограничники, миграционные и все другие службы, весь бизнес будут работать лучше, будут регистрировать и учитывать то, что происходит, – события и факты, а не то, что не нужно, – мнения о них. Но этого в России пока нет.

Конечно, и в документально подтверждаемых инвентаризационных актах и переписях, в том числе современных, много спорного и ненужного. Они дорогие, медлительные и слишком либеральные. Переписчик фиксирует многое, что не соответствует фактам, доводя дело подчас до казусов и курьезов, включая известные систематические ошибки и пропуски. Не секрет, что в переписных листах иногда, как в купчих Чичикова, фигурируют мертвые души, фиктивные объекты, не соответствующие действительности факты, форменная путаница и неразбериха. Но вместе с тем пока именно перепись и особенно инвентаризация как более высокая и достоверная ее ступень для нас – отправная точка для действительного учета и контроля, надежного планирования будущего развития. Правда, всё это имеет важное научное и неоценимое практическое значение, если инвентаризации и переписи охватывают все ключевые объекты и отрасли страны, проводятся (как, например, в США переписи предприятий раз в 5 лет) регулярно, с программами, включающими не десятки, как у нас, а сотни (в последних переписях в США и Японии – тысячи) вопросов и не повторяют, а дополняют и обогащают данные текущего учета. И напротив, кроме декоративного, практически не имеют никакого значения переписи – как в нашей стране переписи населения 2010 года и намечаемая 2018 года – с карликовыми программами, которые по существу один к одному повторяют данные и выводы текущего учета, без которых вполне можно было бы обойтись. Единовременных всеобщих комплексных переписей населения, рабочей силы, природных ресурсов, основных фондов, всеобщей инвентаризации материальных, трудовых и финансовых активов и резервов предприятий и организаций, включая российские организации и предприятия за рубежом и иностранные предприятия в России, с 70-х годов прошлого века в России не проводилось. И этот полувековой разрыв во времени вполне можно считать реальной мерой нашего качественного отставания от былой советской и нынешней продвинутой зарубежной статистики.

Измерить многие кризисные явления классическая статистика может, имитировать измерения – отказывается. Не надо ввязываться в мировой кризис, не надо лезть помогать другим, когда сам тонешь. Экономика, которая имеет учетную ставку в пять раз выше (а ныне у нас и более того), по определению не может помогать стране, где сегодня эта ставка не выходит за пределы двух-трех процентов, а где-то вовсе равна нулю (как, например, в странах ЕС или Японии).

Мы сейчас зависим от внешнего рынка не более чем на 15–20 процентов. А рассуждаем и ведем себя так, как будто зависим целиком. Это мировоззренческая ошибка. Если у нас в былые времена диссидентами были единицы, то теперь практически мало кто не диссидент, а на них страну не выстроишь. И вот эти дела и факты у нас в первую очередь следует наблюдать и измерять, если хотим видеть подлинное лицо кризиса. Измерять то, о чем не говорят, а не то, что на слуху, – измерять финансовые манипуляции, обман и аферы, офшоры, грязные и теневые операции и сделки, отмывание и вывоз преступного капитала, деятельность фирм-однодневок и иностранных агентов и компаний, доходы которых сегодня в разы больше формально учитываемых, кризисные убытки и порожденное ими плачевное положение дел. Между тем статистика, способная раскрыть подобное положение дел «у них» и объективно некризисное положение «у нас», остается повсеместно всё еще невостребованной. И прежде всего та статистика, которая содержательно идентифицирует существующее положение дел, квалифицирует его по однородным группам и связям, отделяет плохое от хорошего, виновников от пострадавших, а не сваливает всё в одну кучу, как это делает сплошь и рядом современная кризисная статистика.

Известно, что кризис перепроизводства – это ситуация, когда предложение кратно превышает спрос. Такого в мире сегодня нигде нет. Даже в США, ЕС и других странах насыщенного спроса. И тем не менее предложение и здесь, и в странах повышенного спроса и откровенного голода сокращается. Разве сегодня в России нет спроса на жилье, образование, медицинские услуги, канализацию, дороги или весь ряд товаров повседневного потребления? Нет, дело не в спросе. Несостоятелен сам рынок производства, слишком высоки его издержки и недоступны цены.

А главное – беспомощен и неэффективен сегодняшний правящий класс, его менеджмент и бизнес, низведенные ныне с высот великого Форда до жалких манипуляторов и местечковых посредников, которые сегодня свои завышенные прибыли зарабатывают не на производстве, а на биржах, не трудом и интеллектом, как это было в прошлом, а спекулятивно на ценовых и курсовых разницах и, следовательно, в жизни, кроме получаемых без каких-либо затрат хищнических барышей и вороватого удовлетворения собственных эгоистических потребностей, сегодня толково ничего другого не знают и не могут. А толково – это удешевлять, как китайцы, стоимость единицы производимой продукции, делать ее, благодаря техническому прогрессу, доступной спросу (рядовому потребителю), а не спекулятивно повышать цены, обманом и рекламой накачивая спрос, и уличать рядового потребителя в том, что у него нет денег. Но нынешние бизнес-элиты, которые по преимуществу есть преступные кланы, а вслед за ними паханы и вертухаи, интенсивно, как никогда ранее, сращивающиеся с властью, а во многих странах и олицетворяющие ее, почему-то возомнили, что кроме работы на самих себя можно ничего не делать, а народ, на котором они паразитируют, всё снесет и простит – и манипуляции с выборами, и финансовые пирамиды, и контрафакт, и пещерные методы организации производства, и неэффективное управление, и низкий уровень культуры и жизни.

Суверенная статистика – какая она?

Смотрите, как ловко США – по сути, страна-банкрот – вопреки всему и сегодня позиционирует себя в мире, делает хорошую мину при плохой игре. Где оценки причиненных ими потерь? У кого аккумулированы угнанные ими с рынков в подполье реальные активы? Кто, кому и как будет компенсировать причиненные убытки? Причины кризиса налицо, а виновников там почти нет. У нас и причин таких нет, и виновников много меньше, а позиционированы мы гораздо хуже. Исправить положение здесь поможет только суверенная статистика. Кризис в цифрах сегодня измерить можно – просто сейчас некому востребовать такие измерения. Спрос на суверенную статистику кризисных событий, конечно, есть, но он напрочь закупорен. С кризисом, как злом, можно управляться только праведными средствами. Суверенная статистика – одно, если не единственное, среди них.

Статистика – как панацея от разрухи. Совершить прорыв может только суверенная статистика, которой нечего скрывать. Даже громадные взятки, теневое производство и раздутые до небес транзакционные расходы, которые на Западе уже давно узаконены и лишь этим отличаются от наших взяток. Нам нужна сегодня, как воздух, как Библия, обнажающая правду, достоверная статистика, какой может быть только суверенная статистика. Именно суверенная статистика объективно способна показать, что спрос нигде в современном мире не превышает предложение. Напротив, предложение ниже спроса. Следовательно, она может подтвердить, что и реального кризиса нет. Есть мнимый кризис.

Суверенная статистика в силах продемонстрировать, что спроса нет не потому, что потребитель насыщен – и едой, и жильем, и здоровьем, и образованием. Точка его насыщения при нынешних порядках и темпах производства – на все 100, если не на 200 лет впереди. Суверенная статистика сумеет раздельно и вразумительно показать, что спрос в современном мире заблокирован не только запредельными ценами, но и абсолютно непригодными по этим ценам товарами, жильем, здравоохранением, образованием, туризмом. Она единственная может разоблачить все нынешние биржевые и валютные спекуляции и с цифрами в руках объяснить гонку курсов валют и цен олигархическим сговором и политическими спекуляциями, а не ростом издержек производства, которые в действительности ниже уровней и национальных, и мировых цен и имеют общую тенденцию к падению. И главное, суверенная статистика способна не только иллюстрировать, но и выявлять причины всех этих бед, главной из которых является нынешний коррумпированный строй, который – как строй голого бизнеса – по своей природе антисоциален и в принципе не подлежит преобразованию и, следовательно, улучшению. При этом, чтобы не утерять остатки гражданского общества и общественного прогресса, выстроенная на современных началах суверенная статистика может не только изобличать, но и доказательно демонстрировать, как должна видоизменяться роль бизнеса в современном мире, его облик, как он должен служить человеку, обществу, государству – а не они ему.

В мире всему приходит конец. Лимит антисоциального и паразитического бизнеса сегодня, по-видимому, повсеместно исчерпан. Возможности безнаказанно воровать катастрофически упали. На пятки любителей наживы наступает любитель дела. И всё это суверенная статистика в силах тоже сегодня сполна предъявить и показать, как и выход из сложившегося кризисного положения. А выход этот, если опираться на твердые статистические цифры и факты, очевидный: снижайте цены, банкротьте тех, кто не способен производить дешево, ограничивайте тех, кто больше потребляет, чем производит. Изолируйте нашу гедонистическую элиту от дармовых доходов и заставьте ее отрабатывать полученное и жить по средствам. Поддерживайте, а не гробьте дешевые китайские товары, включая автомобили, дружите с Китаем, Индией, Бразилией, а не выпрыгивайте из штанов и не платите за дружбу с США, Англией и Италией бешеные деньги. Сами производите дешевле, снижайте издержки, а для этого – как в старину в России – учитесь рачительно хозяйничать, торговать и не воровать, а не транжирить, расточать и быть щедрыми для себя любимых и одновременно притеснять бедных. Не лезьте туда, куда забираться нет силенок, не изображайте легкость и дешевизну, как при импортозамещении, когда за всё приходится платить и расплачиваться втридорога.

Словом, суверенная статистика, как никакая другая наука, способна сегодня не на словах, а на деле дать ответ на вопрос: как выйти из нынешнего кризиса, минимизировать потери от бесхозяйственности и санкций, компенсировать многое из похищенного и угнанного в тайные хранилища или далекие страны? И все ее ответы коротки и ясны: при разработке и принятии антикризисных решений следует опираться на доказательные технико-экономические обоснования и решения, первоисточником и своеобразным фундаментом которых она является.

Для этого суверенная статистика в первую очередь предлагает организовать и произвести инвентаризацию страны, выявить ее реальные активы, отделить их от шелухи, которую сегодня называют деривативами и криптовалютами, и на этой очищенной территории определить, кто есть кто и что есть что в России. Без такой инвентаризации не решить ничего и тем более выстроить цифровую экономику, которую нынешние обанкротившиеся власти, не располагая для этого практически ничем (и главное – необходимыми, как воздух, достоверными первичными данными), пытаются выставлять как панацею от всех бед. Инвентаризацию всего, а не только той одной миллионной части мнимого имущества, мнимых доходов, мнимых госчиновников и мнимой эффективности их работы, о чем так много сегодня трещат в печати, но что в подобном декоративном виде мало что выявит.

Что мешает суверенной статистике? Примитивизм и косность нынешней статистики, ее унизительная узковедомственная корпоративная подчиненность, в путаных сетях которой она, вопреки государственным интересам, рабски служит своему господину. Экзотическая особенность нашей нынешней статистики заключается в том, что она, в отличие от зарубежной и прошлой нашей административной статистики, разучилась не только ничего не добавлять, но и даже что-либо извлекать из того, что имеет.

В прошлые годы она умудрилась разменять практически ни на что блестящие шансы, которые ей давали щедро профинансированные переписи населения 2002 и 2010 годов и сельскохозяйственная перепись 2006 года, фактически провалить все экономические обследования, в том числе разработку крупномасштабного межотраслевого баланса, лишилась базовой подготовки профессиональных статистических кадров и участия в международных программах модернизации статистических знаний и в создании единого общемирового информационного общества.

Без отказа от такой статистики и перехода к суверенной статистике мы и дальше будем мало понимать, что по чем, путать славу с истиной, жить пуганые кризисами и отдавать почем зря свое кровное и последнее по кратно завышенным курсам доллара США. В нашей теперешней жизни нам обходится всё в десять раз дороже – знания, цемент, соль, колготки, кредит, школа, институт. Сделаем, как в КНР, – и всё встанет на свои места. Не сделаем того, что элементарно требуется, не наведем порядка и ясности в своем хозяйстве – так и будем жить дальше.

Чтобы коренным образом развернуть вектор нашей жизни, нам необходимы цифры и факты, которые на все 100 процентов будут характеризовать реальное положение дел. Отсюда – насущная потребность в правде и справедливости, наших главных достояниях, которые суверенная статистика в нормальных условиях способна созидать и поддерживать. Избавленная от необходимости манипулировать данными суверенная статистика вполне готова всемерно содействовать тому, чтобы нынешние – по преимуществу искаженные – цифры и факты исчезли из нашего сознания и на их месте появились достоверные цифры и факты, характеризующие реальное положение дел в нашем обществе.

Мы ожидаем, что наша экономика, очищенная и отрезвленная суверенной статистикой, уже в конце этого избирательного цикла, вслед за Китаем, пойдет на подъем и уже в 2018 году начнет следовать курсом сначала 4-5, а затем и 7-8 процентов прироста – вместо унылой рецессии в 1-2 процента, которую ей предрекает Всемирный банк. И это станет следствием трезвого использования тех огромных резервов, которые нам реально способна раскрыть суверенная статистика. Не будет у нас полноценной статистики и основанной на ней объективной информации – будем и дальше оставаться изолированными от мировой цивилизации, высоких стандартов развития, подлинного доверия и взаимопонимания, а значит – по-прежнему буксовать и деградировать, манипулировать смыслами и заниматься пустыми обещаниями, превращаться в резервацию нищего и агрессивного населения, бахвалиться угрозами и утешать себя миражами национальной исключительности и мирового превосходства.

Только не надо наговаривать на себя, что без кризиса, а то и без войны мы продолжали бы относиться к этим резервам прохладно и бестолково. Нет, кризис в качестве кнута нам не нужен, и давайте не будем увлекаться его импортом, а станем вовсю заниматься собственными некризисными делами, которых у нас хватает. Нации, которые живут, работают и борются за лучшие судьбы человечества, – не гибнут. А мы – одна из таких наций. Конечно, только лишь изложенных соображений о необходимости формирования в нашей стране суверенной статистики недостаточно. Чтобы непостижимую видимость заменить сущей данностью нужна праведная сила, которая до сих пор наяву и во всей своей необходимой мощи так и не появилась.

Joomla Templates and Joomla Extensions by ZooTemplate.Com

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ

© 2018 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 705 гостей онлайн