Понедельник, 08 Марта, 2021
   
(2 голоса, среднее 5.00 из 5)

 

«Да Винчи Иван Егорович тоже привез из своей поездки во Францию. Купил в каком-то частном, распродававшемся собрании. Картину датируют 1478 годом, заканчивал ее уже не Леонардо, а его современник и ученик Бернардино деи Конти».

Иван Гринев женился только в 73 года. До этого не считал возможным, отдавая всю силу и страсть коллекции. Его супруга, 45-летняя княжна Мария Курбатова, через девять месяцев подарила ему очаровательную и единственную дочь Лидочку. Та в свою очередь вышла за итальянца Микеле Белуччи.

И так далее, так далее...

Заполучить дедову квартиру назад казалось совершенно невозможным.

Но Моссовет по просьбе редактора журнала «Вопросы истории», где работала Нина Михайловна, вдруг предложил вернуть ей часть жилплощади деда мужа. Три комнаты из двенадцати. Мама Элия, та самая дочь княжны Курбатовой Лидочка, которой сравнялось уже 98, объяснила детям, где спрятан клад. Как его искать.

На дворе стоял 68-й год...

Я вижу эти антресоли, волшебную дверцу, без золотого ключика открывавшую дверь в неведомую страну, в прошлое.

Неужели на них никто так и не залез за 50 лет?

Но оказывается, комната под антресолями принадлежала одним людям, а соседняя — другим. И те между собой так и не решили, чьи они.

«А мне ведь случайно тогда предложили: «Нина Михайловна, вы не хотели бы вернуться в эту квартиру?!» Ведь о коллекции никто не знал».

Хотела ли она?

Я представляю себе, как забиралась худенькая и молодая Ниночка Молева по приставной лестнице на самый верх, пробираясь на навесные полати, сбоку Элий нашел дверцу, которая вела на этот фальшивый потолок; как не дышала и боялась сорваться оттуда, или — хуже того — что там ничего не окажется... «Вы знаете, я же историк, верю в факты — для меня был бы абсолютно реальным как один, так и другой исход», — признается она сейчас.

Из захламленного «запасника» они доставали картину за картиной, с трудом осознавая: дедово наследство все-таки существует. Оно материально.

Что делать с ним?

Частный музей Белютина был развернут еще при советской власти. Власти вопреки. Десятки картин раздарили супруги советским музеям. «Кусково», как писали в газетах, — целую комнату. «Останкино» — Брюллова. И 14 полотен — Третьяковке.

Может быть, поэтому, думаю я, им и оставили все эти шедевры, не национализировав их тут же «в пользу государства».

«Да никто в советские времена это ценностью не считал. О чем вы, Катя! — машет рукой Нина Михайловна. — Рубенс тогда висел в комиссионке на Кузнецком в свободном доступе, и никого он не волновал. Господи, да у нас даже второго замка в те годы не было», — она пытается объяснить мне это, но я, дитя другого времени, все-таки ее не понимаю.

Рубенс — и ничего? Так не бывает.

А она всегда мечтала превратить их дом в настоящий музей, и самой проводить здесь экскурсии, и чтобы чашечка кофе в конце — по секретному итальянскому рецепту, который Нина Михайловна не дает подсмотреть и мне, скрывшись на кухню и чуть ли не насильно усадив меня за столик XVIII века. «Не подглядывать!»

Специалисты экспертного дома «Отель Друо», того самого, в котором любил бывать Иван Гринев, произвели оценку всей коллекции. И уже после этого стало понятно — подделок здесь нет. Стартовая цена коллекции на аукционе — порядка 400 миллионов долларов.

Реальная стоимость — 2 миллиарда. Долларов.

В лихое десятилетие, когда убивали и за копейку, это могло бы стать смертным приговором. В 93-м их пытались ограбить. В квартире сверху подняли весь паркет, пытаясь забраться к Белютиным, пока их не будет дома — те уезжали в Италию, — но «подготовленный» для проникновения вниз пол рухнул еще до их отъезда, наделав много шуму.

Власти тоже попытались прибрать коллекцию к рукам, надеясь, что супруги «по наивности» подпишут все нужные документы. «С момента, как мы завизировали бы эти бумаги, мы стали бы не единственными хозяевами этой коллекции. Взамен нам, правда, пообещали ремонт, охрану и заботу о картинах. И что в наш музей будет поступать еще какое-то «выморочное» имущество после покойников. Я, конечно, вовремя поняла, что ничего такого подписывать нельзя. Иначе бы мы с вами сейчас здесь не сидели бы...»

— Нина Михайловна, что же вы так с нами неинтеллигентно... — расстроились сильные мира сего.

«Интеллигентность прежде всего выражается в том, чтобы говорить на языке, который будет понятен моим дорогим гостям. Вот — Бог, а вот — порог, вон отсюда», — и Молева распахнула входную дверь.

«До»— Dominius — «Господь»

Не было бы нового западного искусства, Ларионова, Гончаровой, не расцвели бы импрессионисты, если бы не простые русские мужики когда-то. Большие, несуразные, с руками, которые они не знали, куда деть в приличном обществе, с трудом вылезающие из ватников, надевающие на себя — как и положено — сковывающие тело и душу европейские костюмы.

Удивительно, но как умели эти люди — купцы, меценаты, — зарабатывая большие деньги, ценить истинную красоту и оставаться при этом сущими бессребрениками.

Вот то, что в церкви ощущали, то и искали потом на аукционах за границей. Прислушиваясь только к своему сердцу. К нему одному. И раздаривая потом эту красоту, не жалея, людям.

Жаль только, что окружающие этот дар не всегда понимали и ценили... Люди, они такие люди.

«Мы поняли, почему предки Элия Михайловича не продали ни одной картины в Гражданскую войну, рисковали собой, но не расстались с ними. Просто они бесконечно дорожили этой красотой, вошедшей в их плоть и кровь, и не хотели покидать свою родину, так как только здесь могли по-настоящему это почувствовать», — говорит Нина Молева.

Через день после разгрома Хрущевым знаменитой выставки в Манеже, которую организовал художник-авангардист Элий Белютин — его произведения находились в самом центре экспозиции, — к ним домой приехал консул США, привез грин-карты. Супруги сказали, что не воспользуются приглашением, но тот все равно их оставил.

До 91-го они были невыездными.


Комментарии  

 
0 #1 ghost 23.02.2015 00:41
Согласно условиям передачи Путину, картины должны быть доступны для российского общества, а сама Нина Молева в интервью газетам подчеркивала, что достаточно просто прийти и поговорить с дежурными полицейскими внизу, которые ее теперь охраняют.

Пробовал сегодня попасть в этот музей. Полиция на месте, но вот только никаких картин и музеев, по их словам, по данному адресу нет (а сами они там получается, просто так дежурят, при пустых квартирах в продающемся доме, ибо сбоку висит вывеска о продажах). Зато на вопрос, "а где" полицейский сильно занервничал, аж выскочил из машины загородить грудью дверь.

Молева - миф или я ошибся адресом по телефонному справочнику? Кто захочет проверить, адрес такой: Никитский бульвар, дом 8, кв 27.

Ps. Взято из открытых источников, ни лично ни косвенно с ней не знаком, просто захотел, как художник, посмотреть на технику старых живописцев, еще не измененную реставрацией. Но видать, не судьба... что к ВВП попало, то...
 

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2021 belkin.tmweb.ru. Все права защищены.
Сейчас 1208 гостей онлайн