Воскресенье, 21 Января, 2018
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)

Советский павильон
Галина Иванкина

О Рабочем, Колхознице и исторической памяти

«Если вещь из Ленинграда, значит, сделана, как надо».
В.Масс и М.Червинский

Сейчас много пишется об интересе ко «всему советскому» – к эстетике сталинского ампира, к новаторскому кино 1920-х и 1960-х годов, к пресловутой москвошвеевской моде, над которой до недавних пор было принято иронизировать. Что там говорить? Внимание привлекают даже образцы советской упаковки – все эти очаровательные коробочки из-под «Южных орехов», папирос «Ира» и духов «Голубой ларец». Более того, оказывается, что советский дизайн и даже советская мода (которой, как утверждают иные исследователи, не имелось вовсе!) были весьма популярны на Западе. В ходе международных выставок павильоны с надписью ‘USSR’ никогда не стояли пустыми – большевикам было, что показать. Да – и капризным, насмешливым французам и жадным до сенсаций американцам хотелось знать об СССР, как можно больше. Причём это был не тот болезненный интерес досужих зевак к вещичкам из Империи Зла, о котором обычно писали в 1990-х, но восторг профессионалов мира моды, дизайна, архитектуры. Итак, международные выставки прошлого столетия – тема сложная и неоднозначная. Это было не просто соревнование технологий и прорывов, но и своеобразное мировоззренческое соперничество: кто лучше – мы или они? Оказывалось, что мы, как минимум, не хуже.

…На ВВЦ в павильоне «Рабочий и колхозница» с середины июня работает выставка, посвящённая нашему участию в международных Expo. Что приходит на ум обывателю, когда его спрашивают о советских павильонах? Большинство людей, к сожалению, помнят только Парижскую выставку 1937 года, и тут же выдаётся заученный ответ о «противостоянии двух тоталитарных громадин», специально поставленных друг напротив друга. Подхихикивающий гуманитарий непременно сообщит, что одна из махин была увенчана пролетарием с пейзанкой, а другая – хищным прусским орлом. Почему все так хорошо запомнили именно эту выставку? Да потому что долгие годы нам всеми способами внушали тождественность, похожесть, родственность большевизма и нацизма. Вот, мол, это уже тогда было всем понятно. «Поэтому двух монстров поставили таким хитрым образом, дабы они глядели друг на друга, как в зеркало». А ведь это было мистическим предзнаменованием – динамичные, живые, обращённые в светлое будущее Рабочий и Колхозница и – мрачный, точно охраняющий склеп, орёл старой Пруссии. Мы начали побеждать уже тогда, уже на уровне образов – дерзновенная устремлённость против тяжеловесной, мёртвой статики…

Но обо всём по порядку. Итак, выставка на ВВЦ. Год 2013. Пройдёмся по залам – вспомним историю!

Наверное, все из вас слышали название одного из ведущих течений 1920-1930-х годов – Art Deco. Но не все помнят, что этот термин возник после нашумевшей выставки 1925 года – ‘Exposition Internationale des Arts Décoratifs et Industriels Modernes’. На ней были представлены новейшие достижения в области современного декоративно-прикладного искусства, архитектуры, дизайна и моды. Выставка оказалась настолько прорывной и ошеломляющей, что породила целое направление в искусстве, наречённое Art Deco – от Arts Décoratifs. Советский Союз тоже принимал участие в этой Expo. Чем же могла похвастаться молодая Страна Советов? Неужели у большевиков есть нечто, что они могут поставить в один ряд с творениями именитых архитекторов Огюста Перре и Ле Корбюзье, с новаторской дерзостью Фернана Леже и с дизайнерским шиком Рене Лалика? Или кто-то из большевистских кутюрье (смешно, не правда ли?) способен тягаться с творениями домов ‘Vionnet’ и ‘Lanvin’? А может даже с самим блистательным Полем Пуаре, с «диктатором моды», который на свои деньги соорудил на Сене три баржи для устроения роскошных фэшн-шоу?

Оказалось, что русские, совсем недавно рубившиеся на фронтах Гражданской войны, привезли в Париж ошеломляющие экспонаты – это было ультрасовременное, энергичное искусство, по сравнению с которым даже наработки Ле Корбюзье казались консервативно-умеренными. Посетители были потрясены. Павильон Константина Мельникова – типичное для 1920-х годов сочетание смелости с рациональностью, а удобства – с новейшим пониманием красоты. А вы думали, что русские притащат что-нибудь старообразное, наворованное из барских сундуков? Или вот – интерьер рабочего клуба от Александра Родченко. Тогда, в 1920-х, тема коллективного досуга была весьма популярной. Сознательный пролетарий должен стремиться к знаниям и к самосовершенствованию, поэтому долой заплёванные пивные и мещанские танцульки! Задача пролеткульта – вовлечь трудящегося человека в созидательную деятельность. После смены – в клуб, в читальню, на лекцию. Интерьер Александра Родченко смотрится великолепно даже рядом с меблировкой от Жана-Мишеля Франка, лидера европейского минимализма.

Но особое внимание было уделено платьям от Надежды Ламановой. Когда-то она шила наряды фрейлинам двора и привередливым светским красавицам обеих столиц. Сама императрица покровительствовала Надежде Петровне. Итак, она была неслыханно богата, обласкана судьбой и невероятно талантлива. В 1917 году всё изменилось... Но портниха Ламанова, как бы там ни было, приняла Октябрьскую революцию и с подачи Луначарского включилась в работу по «переустройству быта». Она, так любящая всё новое и свежее, с интересом включилась в создание советской моды, причём работала с самыми невыразительными тканями – солдатским сукном, домотканым полотном, бумазеей. Она считала, что даже самый невзрачный и дешёвый материал может послужить материалом для создания красивых вещей. Считается, что именно Ламанова сформировала методическую базу всего советского моделирования. В 1925 году её модели получили Гран-При за платья в народном стиле, причём пошитые из рушников. Совместно со скульптором Верой Мухиной она создала альбом современных костюмов, которые могла пошить из самых простейших материалов любая работница… И сегодня мы тоже имеем возможность увидеть платья от Ламановой на выставке! И страницу из её знаменитого альбома – тоже.



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №18, декабрь 2017

Сергей Белкин.
Революция 1917 года как цивилизационный выбор России

стр. 5

Октябрьская революция 1917 года была обусловлена историко-культурной спецификой России, особенностями развития и бытования в истории в качестве геополитического субъекта.



Вардан Багдасарян.
Похороны социализма были преждевременными

стр. 8

Социалистический эксперимент в истории: теория и замысел.



Дмитрий Андреев.
Респонсибилизация элиты

стр. 22

Изъяны и недостатки российской элиты при эффективном многоуровневом управлении этим сообществом могут оказаться полезными и даже незаменимыми для стимулирования новой мотивации элиты, ориентированной на национальные интересы.



Максим Михалёв.
Бремя ответственности, или Попытка ресакрализации элит

стр. 32

Как сделать элиты ответственными, осознающими свой исключительный статус и обращающими все имеющиеся у них возможности на служение своей стране.



Владимир Немыченков.
Культура и большие смыслы

стр. 42

Любая культура основывается на больших смыслах, то есть на тех фундаментальных ценностях, которые и предопределяют особенности социального, политического, идеологического, религиозного и иных аспектов национального бытия.



Урбанистические натюрморты Аристарха Лентулова
стр. 60

В главном здании Театрального музея имени А.А. Бахрушина прошла выставка «Мистерия-буфф Аристарха Лентулова», приуроченная к 135-летию со дня рождения мастера русского авангарда

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2018 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 990 гостей онлайн