Суббота, 19 Октября, 2019
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)

 

Но по экономическим соображениям было бы гораздо разумнее построить трубопровод по территории Ирана, идущий к Персидскому заливу. Этот путь был бы гораздо короче и устранял бы зависимость от узких турецких проливов. Однако, ввиду неопределенности мирового сообщества по вопросу иранской ракетно-ядерной программы, а также в связи с периодически появляющейся информацией о поддержке Тегераном инсургентов в пограничных странах, строительство такого трубопровода на нынешнем уровне политико-экономических отношений невозможно.

Это вызвано тем, что Тегеран проводит в мировой энергетике независимый от Вашингтона и даже потенциально неблагоприятный для США курс. Более того, Иран, обладая значительным военным и экономическим потенциалом, способен в любой момент дестабилизировать ситуацию в этом важном для мировой энергетики регионе мира.

Для США ключевым геостратегическим и геоэкономическим объектом в регионе также является Ормузский пролив, являющийся ключевым транспортным коридором для экспорта арабских углеводородов.

Согласно Американской администрации по энергетической информации, в 2008 г. объем транспортируемой через него нефти достиг 40% от всей перевозимой нефти по морю и 20% всей торгуемой нефти в мире. Шириной в самом узком месте всего 55 км и разделенный на два транспортных коридора шириной по 2,5 км каждый, этот пролив является ключевым для всей мировой энергетической картины, и тщательно оберегается как Ираном, так и США, что является одной из причин воздержания последних от удара по Исламской Республике. Начиная с 1983 г. – времени организации Центкома, охрана пролива входит в список ключевых приоритетов Командования, т.к. его [пролива – Б.Л.] блокада может стать «крупнейшей единичной угрозой энергетической безопасности, которая только существует в мире».

Энергетических интересов, помимо контроля пролива, у США в Иране достаточно много. Прежде всего, США в долгосрочной перспективе заинтересованы в возможности получать серьезные объемы нефти и газа из Ирана. Как и в случае с Ираком, США пытаются лишить Китай поставок нефти из крупнейшего нефтедобывающего региона. К этому можно добавить нежелание допустить Индию к осуществлению планов по строительству газопровода для получения газа из Ирана, а также стремление разрушить планы России по созданию газовой ОПЕК – организации стран с крупнейшими запасами газа, способной получить контроль над мировыми запасами голубого топлива.

В этой связи обострение отношений США с Ираном выглядит вполне оправданным. Так, в январе-феврале 2012 г. Тегеран пригрозил перекрыть Ормузский пролив в ответ на американо-англо-канадские односторонние санкции, направленные против энергетического и финансового секторов иранской экономики. Периодически возникающие требования некоторых политиков не допустить появления ядерного оружия у Ирана четко укладываются в общую военно-политическую линию по смене режима в этой стране и установлению контроля над ее энергетическими ресурсами.

Однако Иракский сценарий в отношении Ирана выглядит маловероятным. Изолированного и авторитарного лидера, постоянного игнорирования резолюций ООН, а также военных, безропотно подчиняющиеся своему правителю – всего этого в Иране нет. Страна эффективно управляется теократической верхушкой; президент избран в ходе открытых, относительно демократических выборов, да и вооруженные силы намного превосходят по мощи иракские. К этому добавляется присутствие в Белом доме Барака Обамы, президента, который еще на стадии предвыборной кампании говорил о возможности переговоров с Исламской Республикой Иран и относительном нежелании доводить конфликт до горячей стадии. Под большим вопросом находится и эффективность применяемых экономических санкций, т.к. Иран постоянно находит возможности обмениваться с некоторыми государствами и товарами, и технологиями, в том числе теми, распространение которых в мире запрещено.

Вместе с тем, по мере того, как Иран отказывается идти на переговоры о прекращении своей ядерной программы, лимит терпения США снижается. На данном этапе в США у власти политик нового типа – Барак Обама.

Для США серьезным отягчающим фактором ситуации на Ближнем Востоке можно считать активные попытки Китая и Индии проникнуть в этот регион и закрепиться там. Более того, все это осуществляется руками энергетических компаний, поддерживаемых государствами различными политико-дипломатическими методами. В ближайшем будущем Китай и Индия планируют составить серьезную конкуренцию позициям США в регионе, что значительно повышает риски возникновения гонки вооружений и вооруженного конфликта. Вместе с тем анализ тенденций развития военно-политических отношений в регионе показывает, что такое развитие событий может иметь место лишь спустя продолжительный период времени. Вместе с этим всего этого может и не произойти, поскольку у Китая и Индии есть много рычагов проникновения в Персидский залив и без использования военной силы.

Таким образом, США рассматривают Ближний Восток как один из наиболее важных регионов для их национальной безопасности в целом и энергетической, в частности. Более того, именно этот регион продолжает оставаться основным в качестве объекта приложения военной силы.

Для этого США сохраняют значительное военное присутствие в странах Ближнего Востока. Ирак, Кувейт, Катар, Бахрейн, ОАЭ, Афганистан – государства, которые интересны США во многом с позиций их энергетических богатств. И в каждом случае Вашингтон пытается приобрести неоспоримые преимущества по части укрепления своей энергетической безопасности.

Жесткость Президента США и его приверженность цели отстаивания национальных интересов, в том числе энергетических, очень ярко проявилась на примере конфликтов в Ливии и Сирии.

Ситуация с Ливией представляется очень показательной в части американского проникновения с целью получить привилегированное положение в энергетическом комплексе этой страны, прежде всего, для своих западных союзников, а во вторую очередь – для себя. По статистике на 2011 г. США произвели около 34% потребляемой нефти, импортировав 66%. Потоки ливийской нефти непосредственно в США достаточно скромные, в большей степени ливийская нефть идет в Европу. Тем не менее, до начала гражданской войны в Ливии американские нефтяные компании были одними из самых активных покупателей легкой и малосернистой ливийской нефти.

Так как Ливия является членом ОПЕК, то цены на ее углеводороды являются фиксированными для всех покупателей и диктуются организацией. В некоторой степени США были заинтересованы в том, чтобы вывести страну из политического равновесия для того, чтобы ослабить контроль ОПЕК над ценами на нефть и позволить американским компаниям приобретать ее по сниженным ценам.

В Сирии события развиваются еще активнее. Интерес со стороны США и НАТО к этой стране возник еще около 10 лет назад. Тогда он выразился в постоянном присутствии Альянса в Восточном Средиземноморье и принятии в 2003 г. «Билля об ответственности Сирии», который узаконил право Президента США вводить против Дамаска санкции в ответ на предполагаемую разработку Сирией оружия массового уничтожения, незаконный с точки зрения США импорт Сирией иракской нефти и т.д.

В настоящее время США очень глубоко вовлечены в сирийский кризис, однако пока предпочитают действовать не напрямую. Большую помощь им оказывает Иордания как их союзник, предпринимая действия по дестабилизации ситуации. Аль-Рамта в настоящее время используется для нападений на город Дараа и сирийскую территорию. Иорданские силы во многом действуют для защиты Израиль, активно используя потенциал разведывательных служб, тесно работающих с ЦРУ и Моссадом.

В значительной степени Соединенным Штатам помогает Катар. Эта страна в серьезной степени заинтересована в свержении режима в Сирии, так как единственная возможность составить конкуренцию Газпрому в Европе как крупнейшему поставщику газа – это проложить газопровод как минимум, к средиземному морю, а как максимум, через Турцию и дальше в Европу, а это возможно только через территорию Сирии. Учитывая, что последняя является стратегическим союзником Ирана, то вероятность согласия Башара Асада на строительство такой транспортной магистрали равна нулю.



НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2019 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 1421 гостей онлайн