(4 голоса, среднее 4.50 из 5)


Российское перестроение как неизбежная актуальность
Юрий Осипов

Источник: альманах «Развитие и экономика», №2, март 2012, стр. 76

Ю.М. Осипов – экономист, философ, литератор. Доктор экономических наук, профессор. Директор Центра общественных наук МГУ им.М.Ломоносова, председатель Философско-экономического ученого собрания , главный редактор журнала «Философия хозяйства», член Союза писателей РФ

Рос­сия, этот обез­во­лен­ный на ис­то­ри­чес­кое мгно­ве­ние вне­зап­ным ко­вар­ным пе­ре­во­ро­том и обе­зоб­ра­жен­ный при­ну­ди­тель­ной пост­мо­дер­ни­с­тской ре­фор­мой боль­шой ку­сок ве­ли­кой ев­ра­зийс­кой им­пе­рии, быв­шей в мо­мент ее раз­ва­ла не­о­быч­ным и стран­ным об­ра­зо­ва­ни­ем под име­нем Со­ю­за Со­ве­тс­ких Со­ци­а­лис­ти­чес­ких Рес­пуб­лик – СССР, ны­не на­хо­дит­ся в дли­тель­ном и глу­бо­ком сис­тем­ном кри­зи­се. Кри­зи­се, пре­пя­т­ству­ю­щем этой ос­та­точ­ной, но все еще масш­таб­ной и мощ­ной стра­не всерь­ез оз­до­ро­вить­ся, вос­ста­но­вить внут­ри­ор­га­низ­мен­ную це­ло­ст­ность, об­рес­ти ис­то­ри­чес­кое це­ле­по­ла­га­ние.

Нес­мот­ря на ог­ром­ные по­те­ри и ост­рые проб­ле­мы су­гу­бо фи­зи­чес­ко­го свой­ства, глав­ны­ми в этом кри­зи­се ока­за­лись обс­то­я­тель­ства, име­ю­щие от­но­ше­ние бо­лее все­го к ме­та­фи­зи­ке бы­тия, к его ду­хов­но-иде­аль­ной сфе­ре, сос­ре­до­то­чи­ва­ю­щей в се­бе не од­ну лишь во­лю к жиз­ни, но и спе­ци­фи­чес­кую эк­зис­тен­ци­аль­ную прог­рам­му. Та­кая прог­рам­ма вклю­ча­ет в се­бя и со­бою ре­а­ли­зу­ет ге­не­ти­чес­кие, ар­хе­тек­то­ни­чес­кие, ор­га­ни­за­ци­он­ные, прост­ра­н­ствен­ные, вре­мен­ные, а глав­ное – смыс­ло­вые, це­ле­вые и об­раз­ные (иден­ти­фи­ка­ци­он­ные) ас­пек­ты. То есть все то, что оп­ре­де­ля­ет ка­че­ст­во конк­рет­но­го че­ло­ве­чес­ко­го со­об­ще­ст­ва-ор­га­низ­ма, его стро­е­ние и ха­рак­тер, его пред­наз­на­че­ние (те­ле­о­ло­гию), спо­соб жиз­не­о­тп­рав­ле­ния и сам жиз­нен­ный путь, ис­то­ри­чес­кие дос­ти­же­ния и ито­ги (эс­ха­то­ло­гию).

Пре­о­до­леть кри­зис Рос­сии – зна­чит из­ме­нить воз­ник­шее и действу­ю­щее в ее ме­та­фи­зи­чес­ких нед­рах смыс­ло­це­ле­вое яд­ро, по­ра­жен­ное не прос­то ан­ти­рос­сийс­кой, но во мно­гом и ан­ти­че­ло­ве­чес­кой па­то­ло­ги­ей, на­шед­шей са­мое яр­кое внеш­нее воп­ло­ще­ние в ре­а­ли­ях 1990-х. Ре­фор­мы 1990-х не толь­ко не вы­ве­ли стра­ну из унас­ле­до­ван­но­го ею кри­зи­са-пред­ше­ст­вен­ни­ка, но еще бо­лее усу­гу­би­ли имев­шу­ю­ся кри­зис­ную си­ту­а­цию. В ито­ге по­ре­фор­мен­ная Рос­сия ока­за­лась об­ла­да­тель­ни­цей слож­но­го мно­го­у­ров­не­во­го кри­зи­са, сде­лав­ше­го ее пря­мо-та­ки фун­да­мен­таль­но кри­зис­ной стра­ной.

Преодоления глубокого системного кризиса не было, но зато возникла
иллюзия как бы внезапного ухода от него. Поверхностный экономический
(именно экономический, а не глубинный хозяйственный) рост был принят
в стране не только за антикризисное оживление экономики, чего,
собственно, не было, но и за социоцивилизационное оздоровление России
в целом, чего не было вовсе.

2000-е, в осо­бен­нос­ти 2005–2007 гг., нес­коль­ко ос­ла­би­ли этот рос­сийс­кий кри­зис, бла­го­да­ря выз­ван­но­му по­вы­ше­ни­ем ми­ро­вых цен на нефть рос­ту де­ло­вой ак­тив­нос­ти, а так­же не­ко­то­рым уси­ли­ям ру­ко­во­д­ства стра­ны, но ни­как этот кри­зис не пре­о­до­ле­ли. В луч­шем слу­чае под­мо­ро­зи­ли – ес­ли не подс­лас­ти­ли. Прос­то кри­зис пе­рес­тал ощу­щать­ся всле­д­ствие раз­вер­ты­ва­ния на его фо­не надстро­еч­ной по от­но­ше­нию к не­му эко­но­ми­чес­кой ак­тив­нос­ти. Ак­тив­нос­ти, вро­де бы, да­же ан­тик­ри­зис­ной, а на са­мом-то де­ле поп­рос­ту внек­ри­зис­ной. При­чем ак­тив­нос­ти преж­де все­го фи­нан­со­во-тор­го­во-пот­ре­би­тельс­кой, но ни­как не про­из­во­ди­тель­ной, а уж тем бо­лее не ин­но­ва­ци­он­ной.

Действи­тель­но­го пре­о­до­ле­ния глу­бо­ко­го сис­тем­но­го кри­зи­са не бы­ло, но за­то воз­ник­ла ил­лю­зия как бы вне­зап­но­го ухо­да от не­го. По­верх­но­ст­ный эко­но­ми­чес­кий (имен­но эко­но­ми­чес­кий, а не глу­бин­ный хо­зяй­ствен­ный) рост был при­нят в стра­не не толь­ко за ан­тик­ри­зис­ное ожив­ле­ние эко­но­ми­ки, че­го, собствен­но, не бы­ло, но и за со­ци­о­ци­ви­ли­за­ци­он­ное оз­до­ров­ле­ние Рос­сии в це­лом, че­го не бы­ло вов­се. Ми­ро­вой эко­но­ми­чес­кий кри­зис 2008–2009 гг. яс­но по­ка­зал, что рос­сийс­кий сис­тем­ный кри­зис ни­ку­да не дел­ся, а вов­сю о се­бе сра­зу же и за­я­вил. Рос­сийс­кая эко­но­ми­ка ока­за­лась од­ной из са­мых уяз­ви­мых и стре­ми­тель­но нис­па­да­ю­щих. От мно­го­лет­не­го вро­де бы проц­ве­та­ния в те­че­ние нес­коль­ких ме­ся­цев не ос­та­лось и сле­да. И ожи­дать се­год­ня ве­ли­ко­го ан­тик­ри­зис­но­го ав­то­эф­фек­та (си­нер­ге­ти­чес­ко­го-де эф­фек­та) – это при­мер­но то же са­мое, что ожи­дать от за­мер­ше­го клад­би­ща бой­ко­го воз­рож­де­ния к жиз­ни.


 

Кри­зис ор­га­ни­чен ус­та­но­вив­ше­му­ся в стра­не по­ряд­ку-кри­зи­су, ко­то­ро­му ну­жен имен­но боль­ной со­ци­ум, сво­е­го ро­да со­ци­ум-уро­дец. В та­ком со­ци­у­ме по­ря­док-кри­зис, или, ес­ли на­зы­вать ве­щи сво­и­ми име­на­ми, по­ря­док-ин­фер­нал, толь­ко и мо­жет нор­маль­но и с вы­го­дой для се­бя су­ще­ст­во­вать и восп­ро­из­во­дить­ся.


Иероним Босх. Ад. Часть триптиха «Сад земных
наслаждений». Около 1500

Вы­ход из по­доб­но­го кри­зи­са пред­по­ла­га­ет, по­ми­мо обыч­ных ан­тик­ри­зис­ных действий влас­ти и сти­хий­но са­мо­за­рож­да­ю­щих­ся в со­ци­у­ме ан­тик­ри­зис­ных про­цес­сов, са­мое нас­то­я­щее пре­об­ра­же­ние стра­ны, сме­ну ее об­ра­за. А это тре­бу­ет не столь­ко по­ве­рх­но­ст­ных функ­ци­о­наль­но-струк­тур­ных, сколь­ко глу­бин­ных кон­цеп­ту­аль­ных пе­ре­мен, тех са­мых пе­ре­мен, ко­то­рые зат­ра­ги­ва­ют са­му ме­та­фи­зи­ку стра­ны, ее идею, а не од­но лишь те­ку­щее жиз­не­о­тп­рав­ле­ние.

Кризис органичен установив-
шемуся в стране порядку-кри-
зису, которому нужен именно
больной социум, своего рода
социум-уродец. В таком соци-
уме порядок-кризис, или, если
называть вещи своими име-
нами, порядок-инфернал,
только и может нормально
и с выгодой для себя суще-
ствовать и воспроизводиться.

Са­мое слож­ное в кри­зи­се Рос­сии сос­то­ит в от­су­т­ствии ор­га­нич­ной ей и на нее со­ри­ен­ти­ро­ван­ной стра­но­вой кон­цеп­ции. Внеш­няя, по­ве­рх­но­ст­ная, фи­зи­чес­кая па­то­ло­гия ны­неш­ней Рос­сии – лишь про­яв­ле­ние ее внут­рен­ней па­то­ло­гии. Па­то­ло­гии ду­хов­ной, идей­ной, ме­та­фи­зи­чес­кой, смыс­ло­вой, кон­цеп­ту­аль­ной. При этом кон­цеп­ция Рос­сии – от­нюдь не свод глу­бо­ких мыс­лей, не осо­бен­ный текст, не вы­ве­рен­ный ус­тав. Та же конс­ти­ту­ция – вов­се не кон­цеп­ция стра­ны, хо­тя кое-что кон­цеп­ту­аль­ное она от­ра­жа­ет и в се­бе со­дер­жит.

Ли­бе­раль­но-гло­ба­ли­с­тская кон­цеп­ция, на­вя­зан­ная Рос­сии, имен­но по при­чи­не сво­ей ан­ти­рос­сийс­кос­ти не су­ме­ла ни оп­ро­ве­рг­нуть ме­та­фи­зи­ку Рос­сии, ни вы­тес­нить ее на пе­ри­фе­рию, ни за­ме­нить со­бою. Она лишь смог­ла выз­вать, азарт­но и нерв­но ата­куя ко­рен­ные рос­сийс­кие ус­тои и бла­гоп­ри­об­ре­тен­ные со­ве­тс­кие сте­ре­о­ти­пы, по­ли­фур­ка­ци­он­ные раз­ру­ши­тель­но-со­зи­да­тель­ные про­цес­сы, обоз­на­чав­шие и осу­ще­с­твляв­шие вих­ре­об­раз­ную ак­тив­ность в воз­буж­ден­ном этим ино­род­ным кон­цеп­ту­аль­ным вли­ва­ни­ем стра­но­вом ме­та­фи­зи­чес­ком кот­ле.

Про­из­ве­дя на свет по­ря­док-ин­фер­нал, ко­рен­ная рос­сийс­кая ме­та­фи­зи­ка как бы уш­ла в глу­би­ну, лег­ла на дно, вош­ла в мир на­ви, ока­за­лась в не­тях. Од­на­ко из это­го вов­се не сле­ду­ет, что она не име­ла ни­ка­ко­го вли­я­ния на фи­зи­чес­кую по­ве­рх­ность ре­фор­мен­но­го и по­ре­фор­мен­но­го бы­тия Рос­сии. Хо­тя пре­и­му­ще­ст­вен­но эта ме­та­фи­зи­ка все это вре­мя за­ни­ма­лась пре­об­ра­зо­ва­ни­ем са­мой се­бя для но­вой Рос­сии. А где, собствен­но, гнез­дит­ся в ре­аль­нос­ти этот са­мый ме­та­фи­зи­чес­кий ко­тел вмес­те со сво­и­ми раз­ру­ши­тель­но-со­зи­да­тель­ны­ми по­ли­фур­ка­ци­он­ны­ми про­цес­са­ми?

Россия интересна и ценна именно своей российскостью, а не западного образца
европейскостью или какой-нибудь англо-американскостью. Как раз тем, чего
нет нигде в мире, кроме России. И российскость эта заключается во всей
целостной метафизике России, в ее концепции, телеологии и исторической
судьбе, в ее общей генетически обусловленной идее, никем нарочно не придуманной.

Ко­неч­но, в лю­дях, в их соз­на­нии, вклю­чая под­соз­на­ние и сверх­соз­на­ние, в са­мой рос­сийс­кой но­ос­фе­ре, ко­то­рая как раз и есть сум­ма всех рос­сийс­ких соз­на­ний, не­кая со­во­куп­ная соз­на­ни­е­вая мас­са. А соз­на­ние, как и но­ос­фе­ра, – на­сы­щен­ные ин­фор­ма­ци­ей и смыс­ла­ми дух и иде­аль­ность. В этих ин­фор­ма­ци­он­но-смыс­ло­вых по­лях все жи­вет, бро­дит и ко­лоб­ро­дит, пе­ре­у­ст­ра­и­ва­ет­ся и из­ме­ня­ет­ся, рас­па­да­ет­ся и со­е­ди­ня­ет­ся, воз­ни­ка­ет, сох­ра­ня­ет­ся и ис­че­за­ет, пре­об­ра­жа­ет­ся, нис­хо­дит и воз­вы­ша­ет­ся, дег­ра­ди­ру­ет и со­вер­ше­н­ству­ет­ся. И од­нов­ре­мен­но на­хо­дит внеш­нее вы­ра­же­ние в сло­вах, пе­ре­жи­ва­ни­ях и действи­ях – под­час не­су­раз­ных, не­по­нят­ных, та­ин­ствен­ных. Все это как раз и слу­жит рос­сийс­кой це­ли и рос­сийс­ко­му спо­со­бу ее ре­а­ли­за­ции.

Рос­сия ин­те­рес­на и цен­на имен­но сво­ей рос­сийс­костью, а не за­пад­но­го об­раз­ца ев­ро­пейс­костью или ка­кой-ни­будь анг­ло-аме­ри­ка­нс­костью. Как раз тем, че­го нет ниг­де в ми­ре, кро­ме Рос­сии. И рос­сийс­кость эта зак­лю­ча­ет­ся во всей це­ло­ст­ной ме­та­фи­зи­ке Рос­сии, в ее кон­цеп­ции, те­ле­о­ло­гии и ис­то­ри­чес­кой судь­бе, в ее об­щей ге­не­ти­чес­ки обус­лов­лен­ной идее, ни­кем на­роч­но не при­ду­ман­ной.



Михаил Нестеров. Видение отроку Варфоломею. 1889–1890

Российский мир никак фундаментально и в историческом разрезе не оформлен –
это мир-стремление, мир-поиск, мир-импровизация. Это не столько мир-форма,
сколько мир-возможность, лишь примеряющий на себя ту или иную форму.

Так что же это за идея та­кая? Рос­сия – это осо­бый мир, яв­но и не­яв­но иной, не от­но­ся­щий­ся ни к За­па­ду, ни к Вос­то­ку, ни к Югу, ни к Се­ве­ру, хо­тя в се­бя все эти край­нос­ти вби­ра­ю­щий, но об­ра­зу­ю­щий при этом ка­кую-то иную край­ность – рос­сийс­кую. Ес­ли мир че­ло­ве­чес­кий в чем-то не от ми­ра се­го, то рос­сийс­кий мир бо­лее все­го не от ми­ра се­го, чем и обус­лов­ле­на по­ра­жа­ю­щая во­об­ра­же­ние иная край­ность Рос­сии.

Рос­сийс­кий мир ни­как фун­да­мен­таль­но и в ис­то­ри­чес­ком раз­ре­зе не оформ­лен – это мир-стрем­ле­ние, мир-по­иск, мир-имп­ро­ви­за­ция. Это не столь­ко мир-фор­ма, сколь­ко мир-воз­мож­ность, лишь при­ме­ря­ю­щий на се­бя ту или иную фор­му. При­чем по ве­ле­нию ви­ти­е­ва­той ис­то­рии ча­ще все­го чу­же­род­ную. Мир, да­же ка­кое-то вре­мя в об­ре­тен­ной но­вой фор­ме бы­ту­ю­щий, но неп­ре­мен­но ра­но или позд­но ее сбра­сы­ва­ю­щий, не на­хо­дя­щий с ней пот­реб­ной ему перс­пек­тив­ной гар­мо­нии.

Рос­сия – им­пе­рия, и ни­чем дру­гим она быть не мо­жет. Ли­бо Рос­сия им­пе­рия, ли­бо ни­ка­кой Рос­сии во­об­ще нет. И эта им­пе­рия то­же осо­бо­го ро­да, не та­кая, как на За­па­де и на Вос­то­ке: и по са­мо­му ду­ху, и по внут­рен­ней сво­ей ор­га­ни­за­ции, и по ха­рак­те­ру, и по смыс­ло­вой и ро­ле­вой за­дан­нос­ти, и по ре­ша­е­мым ис­то­ри­чес­ким за­да­чам. Та­кой им­пе­рс­кий мир не прос­то иной – он аль­тер­на­тив­ный, при­чем не ка­ко­му-то конк­рет­но­му из зем­ных ми­ров, а, по­жа­луй, все­му зем­но­му ми­ру в це­лом.

Кон­цеп­ция Рос­сии в ином, в су­ще­ст­ву­ю­щем, но не­оп­ре­де­ли­мом, в воз­мож­ном, но не су­ще­ст­ву­ю­щем. Рос­сия есть, но ее как бы и нет, она вся в бу­ду­щем, и ис­то­рия для нее лишь ка­кая-то дли­тель­ная, чуть ли не бес­ко­неч­ная пре­дыс­то­рия, ей не­нуж­ная, хо­тя по­че­му-то и не­об­хо­ди­мая. Раз­мыш­ляя над кон­цеп­ци­ей Рос­сии, важ­но все это иметь в ви­ду, ибо имен­но в этом – не­оп­ре­де­лен­ном и не­объ­яс­ни­мом, – а не в чем-то конк­рет­ном уло­ви­мом и по­ни­ма­е­мом кон­цеп­ту­аль­ный за­чин-ге­не­ра­тор Рос­сии, ее ис­то­рии и ее бу­ду­ще­го.

Бы­тие Рос­сии во всех ее ис­то­ри­чес­ких фор­мах – это ре­а­ли­за­ция та­ко­го за­чи­на-ге­не­ра­то­ра и вмес­те с тем борь­ба с ним. Восп­ро­из­во­д­ство транс­цен­де­нт­ной не­оп­ре­де­лен­нос­ти с не­ус­тан­ным ее га­ше­ни­ем и по­пыт­ка­ми окон­ча­тель­но­го пре­о­до­ле­ния. Вот по­че­му в Рос­сии все ка­кое-то не та­кое, ско­рее, си­му­ля­ци­он­ное, чем ес­те­ст­вен­ное, ка­кое-то неп­ре­мен­но ис­ка­жен­ное, ли­бо же поп­рос­ту – иное.

От­сю­да в Рос­сии и власть осо­бен­ная – без­раз­дель­но, бес­по­кой­но, ини­ци­а­тив­но и да­же твор­чес­ки до­ми­ни­ру­ю­щая. Рос­сия – стра­на влас­ти и преж­де все­го влас­ти. Не со­ци­у­ма, не граж­да­н­ства, не го­су­да­р­ства, не ци­ви­ли­за­ции, а имен­но влас­ти, ко­то­рая в Рос­сии пре­вы­ше все­го, зна­чи­мее все­го и, по­жа­луй, эф­фек­тив­нее все­го.

Доминирование власти в России имеет не то что извне поставленные
ограничения, которых в общем-то не существует, а некую внутреннюю
особенность, эту власть так или иначе сдерживающую и направляющую,
ибо власть в России при всем ее произволе – власть, так или иначе
хозяйствующая.

Тут де­ло да­же не в са­мой по се­бе власт­ной струк­ту­ре об­ще­ст­ва, не в ап­па­ра­те влас­ти, а в ка­кой-то осо­бой власт­ной субс­тан­ции, раз­ли­той по все­му прост­ра­н­ству Рос­сии, ее скреп­ля­ю­щей, фор­мо­об­ра­зу­ю­щей, обуст­ра­и­ва­ю­щей и ве­ду­щей. Где, в ка­кой еще стра­не столь­ко ра­ди­каль­ней­ших ре­форм и пе­ре­во­ро­тов, осу­ще­с­твлен­ных не кем-ни­будь, а имен­но властью, как и со­от­ве­т­ству­ю­щих этим де­я­ни­ям контр­ре­форм и контрпе­ре­во­ро­тов, то­же осу­ще­с­твлен­ных властью, при­чем, что са­мое по­ра­зи­тель­ное, од­ной и той же под­час по ха­рак­те­ру и сос­та­ву властью?

Власть в Рос­сии – не прос­то вер­ши­тель ис­то­рии, а, по­жа­луй, ее ос­нов­ной вер­ши­тель.

До­ми­ни­ро­ва­ние влас­ти вов­се не оз­на­ча­ет, что в Рос­сии нет го­су­да­р­ства, нет граж­дан, нет со­ци­у­ма. Все это есть, но в не­ко­ей подв­ла­ст­ной ре­а­ли­за­ции. При этом аб­со­лют­но­го гос­по­д­ства влас­ти, воп­ре­ки рас­хо­жим ми­фам, нет. До­ми­ни­ро­ва­ние влас­ти в Рос­сии име­ет не то что изв­не пос­тав­лен­ные ог­ра­ни­че­ния, ко­то­рых в об­щем-то не су­ще­ст­ву­ет, а не­кую внут­рен­нюю осо­бен­ность, эту власть так или ина­че сдер­жи­ва­ю­щую и нап­рав­ля­ю­щую, ибо власть в Рос­сии при всем ее про­из­во­ле – власть, так или ина­че хо­зяй­ству­ю­щая.


Владеющий словом – владеет всем. Теряющий власть над словом,
а, соответственно, и власть самого слова – теряет все.

Это очень важ­ное зак­лю­че­ние, не­об­хо­ди­мое для по­ни­ма­ния Рос­сии и до­ми­ни­ру­ю­щей в ней влас­ти. Власть в Рос­сии силь­на, сво­бод­на, но она при этом и хо­зяй­ствен­но от­ве­т­ствен­на, ра­зу­ме­ет­ся, ес­ли под хо­зяй­ством по­ни­мать не от­дель­ную сфе­ру че­ло­ве­чес­ко­го бы­тия, а са­мо жиз­не­о­тп­рав­ле­ние че­ло­ве­ка-об­ще­ст­ва, его ор­га­ни­за­цию и те­че­ние.

Ис­то­ри­чес­ки слу­чи­лось так, что на ев­ра­зийс­ком прос­то­ре не мог­ло не воз­ник­нуть ве­ли­кое им­пе­рс­кое об­ра­зо­ва­ние в ви­де Рос­сии. Но мог­ло оно воз­ник­нуть и су­ще­ст­во­вать толь­ко при ус­ло­вии прак­ти­чес­ки пос­то­ян­ной все­об­щей мо­би­ли­за­ции и пол­ной вза­им­ной от­ве­т­ствен­нос­ти, что как раз и тре­бо­ва­ло при­су­т­ствия и действия осо­бо­го ро­да до­ми­ни­ру­ю­щей и пер­ве­н­ству­ю­щей влас­ти.

Та­ков уп­рав­лен­чес­ко-хо­зяй­ствен­ный раск­лад в Рос­сии: до­ми­ни­ру­ю­щая власть с силь­ным власт­ным цент­ром, власт­ная уп­рав­лен­чес­кая ие­рар­хия свер­ху до­ни­зу, подв­ла­ст­ная по­ли­це­нт­ро­вая ре­ги­о­наль­ная сеть с оп­ре­де­лен­ны­ми свы­ше надв­ла­ст­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми, го­су­да­р­ствен­ное обуст­рой­ство власт­ной сис­те­мы, раз­лич­ные подв­ла­ст­ные са­мо­уп­рав­ля­ю­щи­е­ся под­сис­те­мы, ячей­ки, ин­ди­ви­ды.

Это от­нюдь не ази­а­тс­кая уп­рав­лен­чес­ко-хо­зяй­ствен­ная мат­ри­ца. Рос­сийс­кая сис­те­ма пред­по­ла­га­ет – как это ни стран­но, быть мо­жет, для ко­го-то зву­чит – весь­ма зна­чи­тель­ную сво­бо­ду всех сос­тав­ля­ю­щих ее эле­мен­тов и час­тей, ту са­мую сво­бо­ду, ко­то­рая как раз не­об­хо­ди­ма для ре­а­ли­за­ции рос­сийс­ко­го спо­со­ба власт­ной и подв­ла­ст­ной ор­га­ни­за­ции об­ще­ст­ва: власт­ное хо­зяй­ствен­ное до­ми­ни­ро­ва­ние воз­мож­но лишь при на­ли­чии подв­ла­ст­ной сво­бо­ды со­ци­о­хо­зяй­ствен­ных ло­каль­нос­тей. Это вов­се не то­та­ли­тар­ная мат­ри­ца.

Ны­неш­няя по­ре­фор­мен­ная Рос­сия в оче­ред­ной раз очу­ти­лась в точ­ке ис­то­ри­чес­ки не­об­хо­ди­мой и упор­но выз­ре­ва­ю­щей фур­ка­ции, од­на­ко уже не пе­ре­во­рот­ной – во вся­ком слу­чае, не буй­но-пе­ре­во­рот­ной, как это бы­ло в на­ча­ле 1990-х, а про­е­кт­но-прев­ра­щен­чес­кой. В ме­та­фи­зи­чес­ком яд­ре Рос­сии се­год­ня идет неп­рес­тан­ная борь­ба меж­ду ис­ка­жа­ю­щи­ми и удер­жи­ва­ю­щи­ми ее си­ла­ми. Об­раз действи­тель­ной Рос­сии, или се­бе со­от­ве­т­ству­ю­щей Рос­сии, хо­тя и ото­шел под дав­ле­ни­ем ан­ти-Рос­сии в прост­ра­н­ство на­ви, но сов­сем не ис­чез, ока­зы­вая вли­я­ние и на ее фи­зи­чес­кое бы­тие.

Рос­сия силь­но ис­ка­же­на как ре­аль­ность, она сби­та с тол­ку и как идея. Но Рос­сия все-та­ки есть – бо­лее все­го как за­мы­сел и ме­нее все­го как ре­а­ли­зу­ю­ща­я­ся вок­руг яв­лен­ность. И об­ре­те­ние Рос­си­ей жиз­нен­ной нор­мы не про­и­зой­дет без вос­ста­нов­ле­ния ее идей­но­го ста­ту­са и без возв­ра­ще­ния к ее кон­цеп­ту­аль­ным ис­то­кам.

Бы­ло бы, на­вер­ное, пра­виль­но рас­смат­ри­вать Рос­сию как еди­ный для всех рос­си­ян дом, в ко­то­ром каж­до­му че­ло­ве­ку и со­ци­аль­но­му эле­мен­ту есть мес­то, пред­по­ла­га­ю­щее от­ве­т­ствен­ное слу­же­ние об­щим ин­те­ре­сам и де­лам в рам­ках осоз­нан­но­го и эф­фек­тив­но восп­ро­из­во­ди­мо­го об­ще­на­ци­о­наль­но­го со­ли­да­риз­ма.

Со­ли­да­ризм бли­зок по­ня­тию со­бор­нос­ти, но это не то же са­мое, что со­бор­ность. Со­ли­да­ризм не пред­по­ла­га­ет собствен­но со­бо­ра, сбо­ра, со­би­ра­ния, а вос­хо­дит прос­то к вза­и­моп­риз­на­нию чле­нов на­ци­о­наль­но­го со­об­ще­ст­ва, соб­лю­де­нию ими пра­вил об­ще­жи­тия, вза­и­мо­по­мо­щи. И все это пос­ре­д­ством не толь­ко об­щеп­риз­на­ва­е­мой на­ци­о­наль­ной иде­о­ло­гии, но и действен­ной власт­ной, в ме­ру и ие­рар­хи­чес­кой, и са­мос­то­я­тель­ной, и эли­тар­ной, и граж­да­нс­кой, и на­род­ной, и по­дот­чет­ной все­му со­ци­у­му ор­га­ни­за­ции, ох­ва­ты­ва­ю­щей все на­ци­о­наль­ное со­ли­дар­ное со­об­ще­ст­во. Глав­ное в со­ли­да­риз­ме – от­су­т­ствие (или, во вся­ком слу­чае, ми­ни­ми­за­ция) как лю­бо­го ро­да про­из­во­ла, с од­ной сто­ро­ны, так и бесп­ре­кос­лов­но­го мо­но­ли­тиз­ма, за иск­лю­че­ни­ем чрез­вы­чай­ной си­ту­а­ции, – с дру­гой. Со­ли­да­ризм – это сво­бо­да и во­ля в со­че­та­нии с от­ве­т­ствен­ностью и са­мо­ог­ра­ни­че­ни­ем.

Пер­ве­н­ству­ю­щую роль в воз­ник­но­ве­нии и бы­тии на­ции иг­ра­ет сло­во – це­ле­у­ст­рем­лен­ное, во­ле­вое и действен­ное сло­во, неп­ре­мен­но кон­цеп­ту­аль­ное, не­су­щее за­мы­сел, обоз­на­ча­ю­щее цель, об­ри­со­вы­ва­ю­щее конструк­цию, а в ито­ге оп­ре­де­ля­ю­щее бы­тие. Вся­кая ре­фор­ма – это преж­де все­го це­ле­по­ло­жен­ное сло­во, а за­тем уже и действие, как пред­по­ло­жен­ное этим сло­вом, так и воз­ни­ка­ю­щее уже вне это­го сло­ва и да­же ему воп­ре­ки – как воль­ная сти­хия или как пе­рех­ва­чен­ная це­ле­у­ст­рем­лен­ная ини­ци­а­ти­ва. И лю­бая ре­во­лю­ция то­же по­на­ча­лу сло­во – сло­во-ди­вер­сант, сло­во-взры­ва­тель, сло­во-про­рыв. Но и каж­дое пре­об­ра­зо­ва­тель­ное действо влас­ти всег­да на­чи­на­ет­ся с со­от­ве­т­ству­ю­ще­го сло­ва – сло­ва-при­зы­ва, сло­ва-про­ек­та, сло­ва-де­я­ния.

Вла­де­ю­щий сло­вом – вла­де­ет всем. Вла­де­ю­щий на­ци­о­наль­ным сло­вом – вла­де­ет на­ци­ей, ее со­зи­да­ни­ем и раз­ви­ти­ем. Те­ря­ю­щий власть над сло­вом, а, со­от­ве­т­ствен­но, и власть са­мо­го сло­ва – те­ря­ет все. Тво­рить на­ци­о­наль­ное сло­во – зна­чит тво­рить на­цию. Се­год­ня нуж­но но­вое оте­че­ст­вен­ное сло­во как за­мы­сел но­вой рос­сийс­кой на­ции. Ведь на­ция – это иде­аль­ность, об­щая иде­аль­ность, и в ос­но­ве на­ции всег­да ле­жит на­ци­о­наль­ная идея, раз­вер­ну­тая в на­ци­о­наль­ную кон­цеп­цию и оформ­лен­ная в на­ци­о­наль­ную па­ра­диг­му.


 

На­ция пред­по­ла­га­ет сох­ра­не­ние и на­ли­чие внут­ри се­бя со­ци­аль­но­го, куль­тур­но­го, эт­ни­чес­ко­го и лю­бо­го дру­го­го на­ро­до­на­се­лен­чес­ко­го раз­но­об­ра­зия. Меж­ду на­ци­ей и ее час­тя­ми ус­та­нав­ли­ва­ет­ся и пос­то­ян­но во­зоб­нов­ля­ет­ся сво­е­об­раз­ный сис­тем­ный па­ри­тет. Вов­се не за­мы­ка­ясь в се­бе, на­ции про­ти­во­пос­тав­ля­ют за­пад­но­му гло­ба­лиз­му меж­ду­на­род­ный ин­тег­ра­тизм и пла­не­тар­ный со­ли­да­ризм, что да­ет им воз­мож­ность тес­но вза­и­мо­дей­ство­вать, да­же быть вза­и­мо­за­ви­си­мы­ми, но при этом сох­ра­нять­ся и сво­бод­но се­бя ре­а­ли­зо­вы­вать. По­э­то­му на­ции – про­тив­ни­ки окон­ча­тель­но­го при­ше­ст­вия на пла­не­ту пи­ра­ми­даль­но пост­ро­ен­но­го и уп­рав­ля­е­мо­го из еди­но­го цент­ра об­ще­ми­ро­во­го од­но­об­ра­зия, но сто­рон­ни­ки об­ще­че­ло­ве­чес­кой «цве­ту­щей слож­нос­ти», скла­ды­ва­ю­щей­ся, восп­ро­из­во­дя­щей­ся и раз­ви­ва­ю­щей­ся в сво­бод­ном вза­и­мо­дей­ствии вза­и­мо­обус­лов­лен­ных пла­не­тар­ных «эле­мен­тов» – на­ций, что не иск­лю­ча­ет их груп­пи­ро­ва­ния вок­руг ло­каль­ных им­пе­рс­ких цент­ров.

Глав­ное в нас­то­я­щий мо­мент – это ов­ла­де­ние Рос­си­ей, ее ор­га­ни­за­ци­ей, соз­да­ние воз­мож­нос­ти для эф­фек­тив­но­го уп­рав­ле­ния стра­ной в еди­не­нии с не­об­хо­ди­мы­ми для лю­бо­го здо­ро­во­го или оз­до­ров­ля­ю­ще­го­ся со­ци­аль­но­го ор­га­низ­ма са­мо­ор­га­ни­за­ци­ей и са­мо­уп­рав­ле­ни­ем. Ре­ше­ние этой гран­ди­оз­ной за­да­чи сво­дит­ся к пе­ре­ст­ро­е­нию сис­те­мы уп­рав­ле­ния стра­ной. Субъ­ек­том та­ко­го пе­ре­ст­ро­е­ния долж­но стать ор­га­ни­зо­ван­ное со­об­ще­ст­во от­ве­т­ствен­ных со­оте­че­ст­вен­ни­ков – класс, пар­тия, кор­пус, ор­ден. Со­об­ще­ст­во, спо­соб­ное пред­ло­жить и ре­а­ли­зо­вать ам­би­ци­оз­ный на­ци­о­наль­ный про­ект, не рас­стра­и­вая и не тер­зая стра­ну, ее на­се­ле­ние, не ввер­гая их в без­на­деж­ный кри­зис и не бро­сая в оче­ред­ную ка­та­ст­ро­фу, а лишь ве­дя Рос­сию в спа­си­тель­ном для нее нап­рав­ле­нии.

Пе­ре­жи­ва­е­мый кри­зис – бе­зус­лов­ный мо­мент ис­ти­ны для все­го предп­ри­ня­то­го в СССР-Рос­сии ре­во­лю­ци­он­но-ре­фор­ми­с­тско­го действа. И об­на­ру­жи­ва­е­мая ис­ти­на оче­вид­на: по­ре­фор­мен­ный ук­лад не толь­ко не слу­жит рос­сийс­ко­му об­ще­ст­ву, на­ци­о­наль­ным ин­те­ре­сам и бу­ду­ще­му, но он, ка­жет­ся, уже не слу­жит эф­фек­тив­но да­же са­мо­му се­бе. Нель­зя ска­зать, что ник­то в стра­не, в том чис­ле из выс­ших влас­тей пре­дер­жа­щих, это­го не по­ни­ма­ет, как нель­зя ска­зать, что не предп­ри­ни­ма­ет­ся ни­ка­ких по­пы­ток исп­ра­вить по­ло­же­ние. По­ни­ма­ют и да­же кое-что де­ла­ют, но не с пол­ным осоз­на­ни­ем не­об­хо­ди­мос­ти фун­да­мен­таль­ных пе­ре­мен, не слиш­ком ре­ши­тель­но, по­ве­рх­но­ст­но, ско­рее да­же кос­ме­ти­чес­ки. По­хо­же, что прос­то идет не­кая кор­рек­ти­ров­ка, ес­ли не до­ра­бот­ка, соз­дан­но­го в ре­фор­ми­с­тском экс­та­зе строя. До­ра­бот­ка, на­це­лен­ная на при­да­ние урод­ли­во­му де­ти­щу бо­лее или ме­нее снос­но­го ли­ца и кое-ка­кой спо­соб­нос­ти ре­шать на­сущ­ные че­ло­ве­чес­кие проб­ле­мы. Но мо­мент ис­ти­ны на то и мо­мент ис­ти­ны, что­бы яс­но и убе­ди­тель­но по­ка­зать всю не­нуж­ность и тщет­ность по­доб­ных уси­лий: по­рок тут ведь не функ­ци­о­наль­ный, а конструк­ци­он­ный и не по ошиб­ке чь­ей-то вов­се воз­ник­ший, а соз­на­тель­но и впол­не ко­вар­но за­ло­жен­ный.

Не­об­хо­ди­мо не со­вер­ше­ние ка­ко­го-то гро­мо­по­доб­но­го пе­ре­во­ро­та, не гро­мог­лас­ное про­во­зг­ла­ше­ние оче­ред­но­го ре­фор­миз­ма, а спо­кой­ное, по­зи­тив­ное и конструк­тив­ное сло­во – как раз от выс­ших влас­тей пре­дер­жа­щих. То са­мое сло­во, в ко­то­ром най­дет объ­ек­тив­ное от­ра­же­ние те­ку­щая ис­то­ри­чес­кая ре­аль­ность, бу­дет про­а­на­ли­зи­ро­ва­на сло­жив­ша­я­ся в стра­не кри­зис­ная – не­су­раз­ная и ту­пи­ко­вая – си­ту­а­ция, проз­ву­чат са­мок­ри­тич­ное приз­на­ние властью собствен­ной ви­ны и по­ка­я­ние за все ею со­де­ян­ное, проз­ву­чит при­зыв к все­об­ще­му при­ня­тию пе­ре­мен и на­ци­о­наль­но-граж­да­нс­ко­му сог­ла­сию.

Пос­коль­ку се­год­ня не мо­жет быть ре­чи о но­вой дер­зо­ст­ной ре­во­лю­ции свер­ху и из цент­ра, как и о но­вом ра­зу­да­лом ре­фор­миз­ме, пос­толь­ку на пе­ред­ний план дол­жен вый­ти иной спо­соб ре­а­ли­за­ции масш­таб­но­го со­ци­о­хо­зяй­ствен­но­го пре­об­ра­зо­ва­ния. Его мож­но наз­вать эво­лю­ци­он­но-хо­зяй­ствен­ным, так как по­доб­ное пре­об­ра­зо­ва­тель­ное де­я­ние есть не бо­лее чем ор­га­нич­ный мо­мент те­ку­ще­го хо­зяй­ство­ва­ния на­ли­че­ст­ву­ю­ще­го в Рос­сии субъ­ек­та – власт­но-го­су­да­р­ствен­но­го на­ци­о­наль­но­го цент­ра. Спо­соб хо­зяй­ство­ва­ния это­го цент­ра дол­жен ос­но­вы­вать­ся на прог­рам­ме на­ци­о­наль­но­го пре­об­ра­зо­ва­ния, а зна­чит, сам центр обя­зан пе­рес­тать ос­та­вать­ся встро­ен­ным в по­ре­фор­мен­ный ук­лад. Ему над­ле­жит оп­ре­де­лить стра­те­ги­чес­кие це­ли и раз­ра­бо­тать прог­рам­мы пре­об­ра­зо­ва­ния, ак­ку­му­ли­ро­вать дос­та­точ­ные для пе­ре­хо­да к но­во­му ук­ла­ду ре­сур­сы, ус­та­но­вить на­деж­ный конт­роль над ре­пер­ны­ми точ­ка­ми и жиз­нен­но важ­ны­ми под­сис­те­ма­ми со­ци­у­ма и хо­зяй­ства, ввес­ти в со­ци­о­хо­зяй­ствен­ную сре­ду раз­лич­ные ини­ци­а­ти­вы – от ин­фор­ма­ци­он­ных до фи­нан­со­вых.

Су­ще­ст­ву­ю­щий по­ре­фор­мен­ный ук­лад объ­ек­тив­но про­ти­вит­ся пот­реб­но­му цент­ру глу­бо­ко­му и масш­таб­но­му пре­об­ра­зо­ва­нию. По­э­то­му гра­мот­ным для цент­ра ре­ше­ни­ем бы­ла бы не фрон­таль­ная ата­ка на этот ук­лад, как это бы­ва­ет при ско­рой на расп­ра­вы ре­во­лю­ции или же в хо­де бе­за­пел­ля­ци­он­ных ра­ди­каль­ных ре­форм. Тре­бу­ет­ся кро­пот­ли­вая не­ук­лон­ная ра­бо­та по соз­да­нию и сти­му­ли­ро­ва­нию но­вых конструк­ций и ми­ров не­пос­ре­д­ствен­но сре­ди ус­та­рев­ших и диск­ре­ди­ти­ро­вав­ших се­бя со­ци­о­хо­зяй­ствен­ных об­ра­зо­ва­ний и прост­ранств. Не­об­хо­ди­мо це­ло­ст­ное со­зи­да­тель­ное яд­ро, спо­соб­ное пе­ре­де­лы­вать ок­ру­жа­ю­щую сре­ду и, на­ра­щи­вая и рас­ши­ряя свое вли­я­ние, ока­зы­вать пол­ное пре­об­ра­зу­ю­щее или же вы­тес­ня­ю­щее вли­я­ние на по­ка еще до­ми­ни­ру­ю­щее, но уже от­вер­га­е­мое.

И вот тут с не­из­беж­ностью вста­ет воп­рос о субъ­ек­тив­ном пре­об­ра­зо­ва­тельс­ком фак­то­ре. Фак­то­ре не столь­ко конк­рет­но инс­ти­ту­ци­о­наль­ном, сколь­ко о че­ло­ве­чес­ком. Цент­ру-пре­об­ра­зо­ва­те­лю пот­ре­бу­ет­ся осо­бый класс, пар­тия идей­но во­ору­жен­ных и эф­фек­тив­но ор­га­ни­зо­ван­ных лю­дей. Здесь, по­жа­луй, не из­бе­жать и ре­во­лю­ции – ре­во­лю­ции в соз­на­нии. Ра­бо­та с соз­на­ни­ем – са­мая труд­ная. Осо­бен­но сей­час, во вре­ме­на лож­но по­ня­тых лич­но­ст­ных и кор­по­ра­тив­ных сво­бод. Идей­ный плю­ра­лизм ни­как не иск­лю­ча­ет об­щей со­ци­аль­но ори­ен­ти­ро­ван­ной от­ве­т­ствен­нос­ти, а по­то­му от­ве­т­ствен­ность обя­за­на сдер­жи­вать плю­ра­лизм, не до­пус­кая рас­па­да об­ще­ст­ва и рас­се­я­ния лич­нос­ти. Со­зи­да­тель­ная куль­ту­ра дик­ту­ет та­кой по­ря­док: сна­ча­ла мир ус­лов­нос­тей, ог­ра­ни­че­ний и зап­ре­тов, вы­ра­бо­тан­ных ис­то­ри­ей ра­ди че­ло­ве­ка и че­ло­ве­чес­ко­го жиз­не­о­тп­рав­ле­ния, а по­том уже сво­бо­да са­мо­вы­ра­же­ний, но ни­как не на­о­бо­рот.
Joomla Templates and Joomla Extensions by ZooTemplate.Com