(1 голос, среднее 5.00 из 5)


Евразийский союз: принципиальные мировоззренческие основания
А. Дугин

Источник: альманах «Развитие и экономика», №2, март 2012, стр. 18

А.Г. Дугин – философ, доктор политических наук, профессор, заведующий кафедрой социологии международных отношений и руководитель Центра консервативных исследований социологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, лидер Международного Евразийского движения

Прош­ло 18 лет с мо­мен­та объ­яв­ле­ния Нур­сул­та­ном На­зар­ба­е­вым идеи Ев­ра­зийс­ко­го со­ю­за и обоз­на­че­ния в це­лом ев­ра­зийс­ко­го век­то­ра. Мы жи­вем се­год­ня в ином ми­ре, и в этом ми­ре ев­ра­зий­ство – уже не толь­ко блис­та­тель­ный за­мы­сел, но ре­аль­ный, действу­ю­щий фак­тор, с ко­то­рым не счи­тать­ся боль­ше нель­зя. Тог­да – 18 лет на­зад – про­и­зош­ло по­во­рот­ное со­бы­тие в тка­ни ев­ра­зийс­кой иде­о­ло­гии. По­доб­ная ткань – очень тон­кая субс­тан­ция. Ми­ро­во­з­зре­ние рож­да­ет­ся, зре­ет, раз­ви­ва­ет­ся и воп­ло­ща­ет­ся в ре­аль­ность по за­мыс­ло­ва­тым за­ко­нам, как про­ис­хо­дит ста­нов­ле­ние жи­во­го су­ще­ст­ва. Ор­га­ни­за­ции, струк­ту­ры, да­же го­су­да­р­ства соз­да­ют­ся и раз­ру­ша­ют­ся, под­час ис­че­за­ют, а фор­ми­ро­ва­ние ми­ро­во­з­зрен­чес­кой тка­ни про­дол­жа­ет­ся не­за­ви­си­мо ни от че­го. Это тай­ные за­ко­ны жиз­ни ду­ха.

В кон­це прош­ло­го го­да выш­ла зна­ме­на­тель­ная статья Вла­ди­ми­ра Пу­ти­на «Но­вый ин­тег­ра­ци­он­ный про­ект для Ев­ра­зии – бу­ду­щее, ко­то­рое рож­да­ет­ся се­год­ня». Ша­ги, ко­то­рые Вла­ди­мир Пу­тин и пре­зи­ден­ты Ка­за­хс­та­на и Бе­ло­рус­сии – Нур­сул­тан На­зар­ба­ев и Алек­сандр Лу­ка­шен­ко – предп­ри­ня­ли пос­ле пуб­ли­ка­ции сво­их прог­ра­м­мных ста­тей о Ев­ра­зийс­ком со­ю­зе в «Из­вес­ти­ях», по­ка­зы­ва­ют, что это не прос­то от­дель­ные за­яв­ле­ния. Ведь об ин­тег­ра­ции пост­со­ве­тс­ко­го прост­ра­н­ства го­во­ри­лось мно­го, и о том, что от­но­ше­ния со стра­на­ми СНГ яв­ля­ют­ся при­о­ри­тет­ны­ми, пи­са­лось дос­та­точ­но тем же Пу­ти­ным и дру­ги­ми по­ли­ти­чес­ки­ми де­я­те­ля­ми. Но Пу­тин не прос­то эту те­му наз­вал – он на­чал пос­ле­до­ва­тель­ные ша­ги по ре­а­ли­за­ции про­ек­тов Та­мо­жен­но­го со­ю­за, по соз­да­нию в СНГ Зо­ны сво­бод­ной тор­гов­ли. То есть за де­ло стро­и­тель­ства Ев­ра­зийс­ко­го со­ю­за Пу­тин взял­ся всерь­ез. Речь идет о дол­гос­роч­ной стра­те­гии, мы име­ем де­ло с прог­рам­мой.

Мы живем сегодня в ином мире, и в этом мире евразийство – уже не только
блистательный замысел, но реальный, действующий фактор, с которым
не считаться больше нельзя.

Очень важ­но то, что имен­но Пу­тин, На­зар­ба­ев и Лу­ка­шен­ко сде­ла­ли свои стра­ны ло­ко­мо­ти­ва­ми ев­ра­зийс­кой ин­тег­ра­ции. Это­го не про­и­зош­ло с Ук­ра­и­ной, хо­тя без Ук­ра­и­ны труд­но предс­та­вить бу­ду­щий Ев­ра­зийс­кий со­юз и с эко­но­ми­чес­кой точ­ки зре­ния Ук­ра­и­на вы­иг­ра­ла бы от ин­тег­ра­ци­он­но­го про­ек­та, как ник­то дру­гой. Сле­до­ва­тель­но, де­ло не в эко­но­ми­ке, или, точ­нее, не толь­ко в эко­но­ми­ке, но и в по­ли­ти­чес­кой во­ле. Кро­ме то­го, су­ще­ст­ву­ют осо­бен­нос­ти в по­ли­ти­чес­ких сис­те­мах Рос­сии, Ка­за­хс­та­на и Бе­ло­рус­сии, ко­то­рые де­ла­ют ин­тег­ра­цию же­ла­тель­ным им­пе­ра­ти­вом для ру­ко­во­д­ства этих стран.


Де­мок­ра­тия и ста­биль­ность: рус­ский фак­тор ев­ра­зий­ства

Проб­ле­мы, ко­то­рые се­год­ня сто­ят пе­ред Рос­си­ей, Бе­ло­рус­си­ей и Ка­за­хс­та­ном, при­над­ле­жат к об­ще­му «се­мей­ству» вы­зо­вов. И Рос­сия, и Бе­ло­рус­сия, и Ка­за­хс­тан стро­ят де­мок­ра­тию, но этот про­цесс впи­сан в конк­рет­ный ге­ог­ра­фи­чес­кий, ис­то­ри­чес­кий и куль­тур­ный кон­текст. Де­мок­ра­тия и в Рос­сии, и в Бе­ло­рус­сии, и в Ка­за­хс­та­не на­хо­дит­ся в про­цес­се ста­нов­ле­ния. По­э­то­му пе­ри­о­ди­чес­ки воз­ни­ка­ет опас­ность ис­ка­же­ния это­го про­цес­са как в сто­ро­ну ре­ци­ди­ва ав­то­ри­тар­ных тен­ден­ций, так и на­о­бо­рот – в сто­ро­ну впа­де­ния в ха­ос и не­уп­рав­ля­е­мость. Пу­тин, На­зар­ба­ев и Лу­ка­шен­ко на­хо­дят­ся в ка­ком-то смыс­ле в по­хо­жем по­ло­же­нии. Каж­дый из них – по­пу­ляр­ный у се­бя на ро­ди­не де­мок­ра­ти­чес­кий пра­ви­тель, стре­мя­щий­ся к дол­гос­роч­ной ста­биль­нос­ти в сво­ей стра­не и к сбли­же­нию со все­ми го­су­да­р­ства­ми пост­со­ве­тс­ко­го прост­ра­н­ства. От­ме­чен­ные сход­ства меж­ду Ка­за­хс­та­ном, Бе­ло­рус­си­ей и Рос­си­ей су­ще­ст­вен­но спо­со­б­ству­ют приб­ли­же­нию то­го мо­мен­та, ког­да мож­но бу­дет го­во­рить о ре­аль­ном соз­да­нии Ев­ра­зийс­ко­го со­ю­за. В пер­вую оче­редь это ка­са­ет­ся вза­и­мо­от­но­ше­ний меж­ду Моск­вой и Ас­та­ной, ведь ключ к ин­тег­ра­ции все­го пост­со­ве­тс­ко­го прост­ра­н­ства – это имен­но ось Моск­ва–Ас­та­на с край­не же­ла­тель­ным прив­ле­че­ни­ем к этой кон­фи­гу­ра­ции Ки­е­ва. Вхож­де­ние в Ев­ра­зийс­кий со­юз на пра­вах од­но­го из ос­но­во­по­лож­ни­ков ин­тег­ра­ци­он­но­го про­ек­та Бе­ло­рус­сии – про­яв­ле­ние го­су­да­р­ствен­ной муд­рос­ти пре­зи­ден­та Лу­ка­шен­ко, по­ни­ма­ю­ще­го бе­заль­тер­на­тив­ность ев­ра­зийс­кой ин­тег­ра­ции и оза­бо­чен­но­го мак­си­маль­но про­дук­тив­ным встра­и­ва­ни­ем сво­ей стра­ны в этот про­ект. Ины­ми сло­ва­ми, ста­но­вит­ся все бо­лее оче­вид­ным, что Пу­тин, На­зар­ба­ев и Лу­ка­шен­ко сто­ят на ев­ра­зийс­ких по­зи­ци­ях и сле­ду­ют ев­ра­зийс­ким кур­сом. Этим кур­сом не­воз­мож­но сле­до­вать в оди­ноч­ку, пос­коль­ку речь идет о сбли­же­нии друг с дру­гом раз­ных стран, на­ро­дов, куль­тур, эко­но­мик, со­ци­аль­ных сис­тем. Эти про­цес­сы у нас идут по-раз­но­му, но их об­щий ритм и об­щий ха­рак­тер очень по­хо­жи.


 

Рос­сия об­ла­да­ет эко­но­ми­чес­ким, по­ли­ти­чес­ким, стра­те­ги­чес­ким, дип­ло­ма­ти­чес­ким, со­ци­аль­ным и куль­тур­ным по­тен­ци­а­лом, спо­соб­ным под­дер­жать пре­зи­ден­та На­зар­ба­е­ва. То же са­мое мож­но ска­зать и при­ме­ни­тель­но к пре­зи­ден­ту Бе­ло­рус­сии. Сбли­же­ние Ас­та­ны с Моск­вой прев­ра­ща­ет рус­ское на­се­ле­ние в Ка­за­хс­та­не (ко­то­рое при иных обс­то­я­тель­ствах мог­ло бы стать дес­та­би­ли­зи­ру­ю­щей си­лой, учи­ты­вая со­ци­аль­ную роль и ко­ли­че­ст­во предс­та­ви­те­лей этой груп­пы) в фак­тор, ко­то­рый бу­дет спо­со­б­ство­вать ук­реп­ле­нию по­зи­ций На­зар­ба­е­ва внут­ри стра­ны. Для Минс­ка эта проб­ле­ма прак­ти­чес­ки от­су­т­ству­ет вви­ду язы­ко­вой, эт­ни­чес­кой, куль­тур­ной и ре­ли­ги­оз­ной бли­зос­ти бе­ло­ру­с­ско­го и рус­ско­го на­ро­дов. Кро­ме то­го, ес­ли Рос­сия ре­а­ли­зу­ет об­щие с со­се­дя­ми эко­но­ми­чес­кие про­ек­ты, ес­ли рос­сийс­кая эли­та до кон­ца и пол­ностью осоз­на­ет не­об­хо­ди­мость стра­те­ги­чес­ко­го парт­не­р­ства с Ка­за­хс­та­ном и Бе­ло­рус­си­ей да­же це­ной не­ко­то­рых ус­ту­пок в та­риф­ной по­ли­ти­ке, по та­мо­жен­ным воп­ро­сам, то вза­мен Рос­сия при­об­ре­тет в ли­це обо­их го­су­дарств на­деж­ных стра­те­ги­чес­ких парт­не­ров.

Ключ к интеграции всего постсоветского пространства – это именно ось
Москва–Астана – с крайне желательным привлечением к этой конфигурации Киева.

Ев­ра­зийс­кий со­юз – это не толь­ко эко­но­ми­чес­кая ини­ци­а­ти­ва, хо­тя Пу­тин нас­та­и­ва­ет на при­о­ри­те­те эко­но­ми­ки. Ес­ли бы речь шла толь­ко об эко­но­ми­ке, мож­но бы­ло бы ог­ра­ни­чить­ся фор­ма­том Ев­рА­зЭС, Еди­но­го эко­но­ми­чес­ко­го прост­ра­н­ства или Та­мо­жен­но­го со­ю­за. Нет, Ев­ра­зийс­кий со­юз – это боль­ше чем эко­но­ми­чес­кий про­ект: это нас­то­я­щая по­ли­ти­чес­кая стра­те­гия. Важ­но, что Пу­тин при­нял­ся ее осу­ще­с­твлять в пред­две­рии возв­ра­ще­ния на пост пре­зи­ден­та стра­ны. Ес­ли Мед­ве­дев на­чал свое пре­зи­де­н­т­ство с анон­си­ро­ва­ния про­ек­та мо­дер­ни­за­ции, то Пу­тин от­ме­тит возв­ра­ще­ние на пер­вую роль с про­во­зг­ла­ше­ния кур­са на соз­да­ние Ев­ра­зийс­ко­го со­ю­за. Важ­но и то, что эта идея бы­ла не­за­мед­ли­тель­но под­дер­жа­на ли­де­ра­ми Бе­ло­рус­сии и Ка­за­хс­та­на, дав­но выд­ви­гав­ши­ми ин­тег­ра­ци­он­ные ини­ци­а­ти­вы для пост­со­ве­тс­ко­го прост­ра­н­ства.

Ин­тег­ра­ци­он­ный про­ект для Ев­ра­зии дол­жен опи­рать­ся не толь­ко на эко­но­ми­чес­кий праг­ма­тизм, но и на пол­но­цен­ную идей­ную кон­цеп­цию, при­ем­ле­мую для всех на­ро­дов быв­ше­го СССР – ис­то­ри­чес­кой Рос­сии. Та­кой кон­цеп­ци­ей яв­ля­ет­ся ев­ра­зий­ство. Ев­ра­зий­ство – не прос­то дань ис­то­ри­ог­ра­фии, не прос­то рет­рос­пек­тив­ный ана­лиз идей рус­ских фи­ло­со­фов-бе­ло­э­миг­ран­тов, раз­ра­бо­тав­ших ос­но­вы это­го ми­ро­во­з­зре­ния в 20–30-е го­ды прош­ло­го сто­ле­тия, и не толь­ко ин­те­рес и лю­бовь к нас­ле­дию ве­ли­ко­го ис­то­ри­ка Ль­ва Гу­ми­ле­ва. Ев­ра­зий­ство го­раз­до ши­ре. Это сов­ре­мен­ное и ак­ту­аль­ное яв­ле­ние, име­ю­щее уже да­же в на­ше вре­мя свою собствен­ную ис­то­рию. Вмес­те с тем и пер­вые ев­ра­зий­цы, и се­год­няш­ние пос­ле­до­ва­те­ли это­го уче­ния предс­тав­ля­ют со­бой еди­ное це­лое, еди­ную цепь с поч­ти сто­лет­ней ис­то­ри­ей, что не­об­хо­ди­мо учи­ты­вать. Как же оп­ре­де­лить сущ­ность ев­ра­зий­ства в нес­коль­ких сло­вах и на­и­бо­лее об­щим об­ра­зом? Мож­но пред­ло­жить сле­ду­ю­щую фор­му­ли­ров­ку: ев­ра­зий­ство – это со­ци­аль­ная мо­дер­ни­за­ция, эко­но­ми­чес­кое раз­ви­тие при сох­ра­не­нии куль­тур­ной и на­ци­о­наль­ной иден­тич­нос­ти.


Алексей Венецианов. Петр Великий. Основание Санкт-Петербурга. 1838

Вы­зов гло­ба­ли­за­ции: ев­ра­зийс­кий от­вет

Сов­ре­мен­ное ев­ра­зий­ство при­об­ре­та­ет осо­бую ак­ту­аль­ность в си­ту­а­ции гло­ба­ли­за­ции. Гло­ба­ли­за­ция – яв­ле­ние комп­ле­кс­ное. С од­ной сто­ро­ны, она спо­со­б­ству­ет ди­на­мич­но­му тех­но­ло­ги­чес­ко­му раз­ви­тию, эко­но­ми­чес­кой мо­дер­ни­за­ции. Но с дру­гой сто­ро­ны, та­кое раз­ви­тие осу­ще­с­твля­ет­ся це­ной ут­ра­ты иден­тич­нос­ти, под­вер­га­ет эро­зии куль­ту­ру, ис­то­ри­чес­кую са­мо­быт­ность, кон­фес­си­о­наль­ную и эт­ни­чес­кую уни­каль­ность.

Евразийство – это социальная модернизация, экономическое развитие
при сохранении культурной и национальной идентичности.

Те об­ще­ст­ва, ко­то­рые нек­ри­ти­чес­ки и спол­на втя­ги­ва­ют­ся в гло­ба­ли­за­цию, те­ря­ют свою ин­ди­ви­ду­аль­ность, ста­но­вят­ся стан­дар­ти­зи­ро­ван­ны­ми и без­ли­ки­ми. Тра­ди­ции ис­че­за­ют, на­чи­на­ют­ся те­не­вые про­цес­сы – тер­ро­ризм, нар­ко­ма­ния, де­мог­ра­фи­чес­кий спад. Ко­пят­ся из­де­рж­ки, ко­то­рые в оп­ре­де­лен­ный мо­мент мо­гут стать кри­ти­чес­ки­ми и при­вес­ти к ис­чез­но­ве­нию це­лых на­ро­дов, го­су­дарств, на­ци­о­наль­ных куль­тур. Стра­ны ста­но­вят­ся объ­ек­та­ми ма­ни­пу­ля­ций, ут­ра­чи­ва­ют ге­о­по­ли­ти­чес­кую субъ­е­кт­ность. В пре­де­ле од­но­по­ляр­ная гло­ба­ли­за­ция оз­на­ча­ет, по су­ти, но­вую фор­му ко­ло­ни­а­лиз­ма. При од­но­по­ляр­ной гло­ба­ли­за­ции су­ще­ст­ву­ет толь­ко од­на мет­ро­по­лия – США. А все ос­таль­ное – ко­ло­нии, ку­да, увы, по­па­да­ют и Ка­за­хс­тан, и Бе­ло­рус­сия, и Рос­сия, а так­же дру­гие стра­ны СНГ.


 

Есть го­су­да­р­ства, ко­то­рые от­вер­га­ют гло­ба­ли­за­цию, отс­та­и­вая прин­ци­пы «зак­ры­то­го об­ще­ст­ва». Так они ста­ра­ют­ся спас­ти собствен­ную иден­тич­ность. Но это уда­ет­ся лишь от­час­ти – на­чи­на­ет­ся стаг­на­ция, ис­че­за­ет со­ци­аль­ный ди­на­мизм, все пос­те­пен­но раз­ла­га­ет­ся. «Зак­ры­тое об­ще­ст­во» – не вы­ход. Ев­ра­зий­ство на сов­ре­мен­ном эта­пе пред­по­ла­га­ет сво­е­го ро­да «тре­тий путь» – со­че­та­ние отк­ры­тос­ти и ди­на­миз­ма с тра­ди­ци­ей и кон­сер­ва­тиз­мом. Что­бы осу­ще­ст­вить этот ев­ра­зийс­кий про­ект, на­до прой­ти меж­ду Сцил­лой и Ха­риб­дой.

Однополярная глобализация означает новую форму колониализма.
Евразийство на современном этапе предполагает своего рода
«третий путь» – сочетание открытости и динамизма с традицией
и консерватизмом.

Не­об­хо­ди­мо под­че­рк­нуть, что сов­ре­мен­ное ев­ра­зий­ство – в це­лом но­вое яв­ле­ние. Оно твор­чес­ки раз­ви­ва­ет идеи сво­их пред­ше­ст­вен­ни­ков и ос­но­ва­те­лей (Тру­бец­ко­го, Са­виц­ко­го, Алек­се­ева, Гу­ми­ле­ва), по-но­во­му рас­став­ля­ет ак­цен­ты. Сов­ре­мен­ное ев­ра­зий­ство – де­мок­ра­ти­чес­кое, прос­ве­щен­ное, отк­ры­тое, праг­ма­тич­ное, ста­вя­щее осо­бый ак­цент на эко­но­ми­чес­ком раз­ви­тии – нап­ря­мую соп­ря­га­ет­ся как с пред­ло­же­ни­я­ми Пу­ти­на, так и с бо­лее ран­ним про­ек­том На­зар­ба­е­ва. Фи­ло­со­фия ев­ра­зий­ства ис­хо­дит из при­о­ри­те­та цен­нос­ти тра­ди­ци­он­но­го об­ще­ст­ва, приз­на­ет им­пе­ра­тив тех­ни­чес­кой и со­ци­аль­ной мо­дер­ни­за­ции (но без от­ры­ва от куль­тур­ных кор­ней) и стре­мит­ся адап­ти­ро­вать­ся к си­ту­а­ции пос­тин­ду­ст­ри­аль­но­го об­ще­ст­ва, на­зы­ва­е­мо­го Пост­мо­дер­ном.

В Пост­мо­дер­не сни­ма­ет­ся фор­маль­ное про­ти­во­пос­тав­ле­ние меж­ду тра­ди­ци­ей и сов­ре­мен­ностью. Ев­ра­зий­ство в от­ли­чие от Пост­мо­дер­на ат­лан­ти­с­тско­го ти­па ви­дит воз­мож­ность аль­ян­са тра­ди­ций с сов­ре­мен­ностью. Аль­ян­са, спо­соб­но­го дать со­зи­да­тель­ный оп­ти­мис­ти­чес­кий энер­гич­ный им­пульс, по­буж­да­ю­щий к твор­че­ст­ву и раз­ви­тию. В ев­ра­зийс­кой те­о­рии об­ре­та­ют но­вую ле­ги­ти­ма­цию фе­но­ме­ны, ка­за­лось бы, за­дав­лен­ные эпо­хой Прос­ве­ще­ния, но за­яв­ля­ю­щие о се­бе все гром­че имен­но сей­час. Речь идет о цен­нос­тях ре­ли­гии, эт­но­са, им­пе­рии, куль­та, пре­да­ния. Мо­дерн пре­о­до­ле­ва­ет­ся не пу­тем прос­то­го от­вер­же­ния, но ди­а­лек­ти­чес­ко­го сня­тия, то есть имен­но пре­о­до­ле­ния. Из Мо­дер­на бе­рет­ся тех­но­ло­ги­чес­кий ры­вок, эко­но­ми­чес­кое раз­ви­тие, со­ци­аль­ная спра­вед­ли­вость. Так в пре­о­до­ле­нии про­ти­во­по­лож­нос­тей рож­да­ет­ся еди­ная гар­мо­нич­ная и ори­ги­наль­ная те­о­рия.

Евразийство в отличие от Постмодерна атлантистского типа
видит возможность альянса традиций с современностью, дающего
созидательный оптимистический энергичный импульс, побуждающий
к творчеству и развитию.

Важ­но от­ме­тить, что фи­ло­со­фия ев­ра­зий­ства не яв­ля­ет­ся на­бо­ром дог­ма­ти­чес­ких кон­цеп­тов. Она отк­ры­та и раз­ви­ва­ет­ся в тес­ном соп­ря­же­нии с конк­рет­ны­ми на­уч­ны­ми дис­цип­ли­на­ми, ста­ра­ясь опе­реть­ся на мак­си­маль­но ши­ро­кий объ­ек­тив­ный ба­зис. В ка­че­ст­ве та­ких дис­цип­лин мож­но наз­вать ис­то­рию ре­ли­гий, со­ци­о­ло­ги­чес­кие и эт­но­ло­ги­чес­кие ис­сле­до­ва­ния, ге­о­по­ли­ти­ку, эко­но­ми­ку, стра­но­ве­де­ние, куль­ту­ро­ло­гию.

Сов­ре­мен­ное ев­ра­зий­ство ста­вит под воп­рос уни­вер­саль­ность и бе­заль­тер­на­тив­ность гло­ба­ли­за­ци­он­ной за­пад­ной па­ра­диг­мы. Ев­ра­зий­ство на­по­ми­на­ет, что пла­не­ту на­се­ля­ет мно­же­ст­во на­ро­дов с ис­то­ри­чес­ким и куль­тур­ным опы­том, от­лич­ным от за­пад­но­го. И ди­а­лог этих на­ци­о­наль­ных куль­тур, их сбли­же­ние – воп­рос очень тон­кий и де­ли­кат­ный, не­од­но­мер­ный, тре­бу­ю­щий вни­ма­тель­но­го уче­та раз­ных по­зи­ций. У каж­до­го есть свои осо­бен­нос­ти и тра­ди­ции, и лю­ди смо­гут по­нять друг дру­га, толь­ко ес­ли вни­ма­тель­но прис­лу­ша­ют­ся к ду­хов­ным осо­бен­нос­тям со­се­дей. Вот един­ствен­ная воз­мож­ность действи­тель­но сбли­зить меж­ду со­бой на­ро­ды и го­су­да­р­ства.

 

Ре­ги­о­наль­ная гло­ба­ли­за­ция ев­ра­зийс­ко­го про­ек­та

Сов­ре­мен­ное ев­ра­зий­ство го­то­во к ин­тег­ра­ции и объ­е­ди­не­нию близ­ких куль­тур и ци­ви­ли­за­ций. Это «те­о­рия ав­тар­кии боль­ших прост­ранств», или «ре­ги­о­наль­ной гло­ба­ли­за­ции», при­ме­ром ко­то­ро­го яв­ля­ет­ся Ев­ро­со­юз. За нес­коль­ко де­ся­ти­ле­тий до то­го, как ев­ро­пейс­кая ин­тег­ра­ция ста­ла эко­но­ми­чес­кой и поч­ти по­ли­ти­чес­кой ре­аль­ностью, под­виж­ни­ки ев­ро­пейс­кой идеи – та­кие, как Жан Мон­не или граф Ку­ден­хо­ве-Ка­лер­ги, – про­во­зг­ла­си­ли ее как цель. Эко­но­ми­ка чрез­вы­чай­но важ­на, но «вна­ча­ле бы­ло Сло­во».

На ка­ких ми­ро­во­з­зрен­чес­ких прин­ци­пах дол­жен стро­ить­ся ин­тег­ра­ци­он­ный про­ект на ев­ра­зийс­ком прост­ра­н­стве?

Пер­вое. Со­че­та­ние им­пе­ра­ти­ва стре­ми­тель­ной мо­дер­ни­за­ции об­ще­ст­ва с сох­ра­не­ни­ем ис­то­ри­чес­ких конс­тант, мо­дер­ни­за­ция и тра­ди­ция, прог­рес­сизм и кон­сер­ва­тизм. Это очень пло­дот­вор­ный син­тез, он бу­дит во­об­ра­же­ние.

Вто­рое. Ев­ра­зийс­кая ин­тег­ра­ция долж­на про­хо­дить на но­вых идей­ных ос­но­ва­ни­ях – на прин­ци­пах сох­ра­не­ния и ук­реп­ле­ния су­ве­ре­ни­те­та и де­мок­ра­тии. Не сто­ит опа­сать­ся: это не возв­рат к «ко­ло­ни­а­лиз­му» или «со­ве­тиз­му». Ми­ро­во­з­зрен­чес­кая, идей­ная ос­но­ва ин­тег­ра­ции в на­шем слу­чае со­вер­шен­но иная.

Третье. Ут­ве­рж­де­ние плю­ра­лиз­ма цен­но­ст­ных сис­тем про­тив об­ще­о­бя­за­тель­ной до­ми­на­ции ка­кой-то од­ной иде­о­ло­гии. В нас­то­я­щее вре­мя та­кой иде­о­ло­ги­ей-про­тив­ни­ком выс­ту­па­ет аме­ри­ка­нс­кая ли­бе­раль­ная де­мок­ра­тия.

Чет­вер­тое. Опо­ра на тра­ди­ци­он­ные, кон­сер­ва­тив­ные цен­нос­ти, бе­реж­ное от­но­ше­ние к ре­ли­ги­оз­ным и куль­тур­ным обы­ча­ям всех эт­но­сов и на­ро­дов Ев­ра­зии. Их сох­ра­не­ние, борь­ба про­тив уни­чи­же­ния куль­тур, дог­ма­тов и об­ря­дов тра­ди­ци­он­ных об­ществ. Прин­цип меж­кон­фес­си­о­наль­но­го ди­а­ло­га и ак­тив­но­го вза­и­мо­дей­ствия тра­ди­ци­он­ных ре­ли­ги­оз­ных ор­га­ни­за­ций на прост­ра­н­стве Ев­ра­зии.

Пя­тое. Предс­тав­ле­ние об ин­тег­ра­ци­он­ном про­ек­те как о «го­су­да­р­стве-ми­ре», «го­су­да­р­стве-кон­ти­нен­те», «го­су­да­р­стве-ма­те­ри­ке», ес­ли ис­поль­зо­вать тер­ми­но­ло­гию ран­них ев­ра­зий­цев. Ин­тег­ра­ция в рам­ках куль­тур­но и стра­те­ги­чес­ки объ­е­ди­нен­ных «боль­ших прост­ранств» как аль­тер­на­ти­ва стре­ми­тель­но те­ря­ю­щим су­ве­ре­ни­тет на­ци­о­наль­ным го­су­да­р­ствам и гло­ба­ли­с­тским пла­нам соз­да­ния «ми­ро­во­го пра­ви­тель­ства».


 

Шес­тое. Раз­ви­тие кон­цеп­ции «прав на­ро­дов», на­ча­ло раз­ра­бот­ке ко­то­рой по­ло­жил ве­ли­кий не­мец­кий ге­о­по­ли­тик, по­ли­то­лог, по­ли­ти­чес­кий фи­ло­соф, со­ци­о­лог, юрист Карл Шмитт. «Пра­ва на­ро­дов» как ор­га­ни­чес­ких со­ци­аль­ных объ­е­ди­не­ний долж­ны стать кон­цеп­ту­аль­ной ос­но­вой соп­ро­тив­ле­ния все­мо­гу­ще­ст­ву «зо­ло­то­го мил­ли­ар­да» и не­о­ко­ло­ни­аль­ной ге­ге­мо­нии «бо­га­то­го Се­ве­ра».

Седь­мое. Эт­нос как цен­ность и субъ­ект ис­то­рии про­тив обез­ли­чи­ва­ния на­ро­дов и от­чуж­де­ния в ис­ку­с­ствен­ных со­ци­аль­но-по­ли­ти­чес­ких конструк­ци­ях.

Вось­мое. Цен­нос­ти со­ци­аль­ной спра­вед­ли­вос­ти и со­ли­дар­нос­ти лю­дей тру­да, тра­ди­ци­он­но под­дер­жи­ва­е­мые на­ро­да­ми бу­ду­ще­го Ев­ра­зийс­ко­го со­ю­за, про­тив эксплу­а­та­ции и куль­та гру­бой на­жи­вы.

 

Мно­го­по­ляр­ная аль­тер­на­ти­ва

Что же с уче­том этих те­зи­сов долж­на со­бой предс­тав­лять ев­ра­зийс­кая по­ли­ти­чес­кая фи­ло­со­фия?

Во-пер­вых, стро­и­тель­ство мно­го­по­ляр­но­го ми­ра. Не од­но­по­ляр­но­го ми­ра, то есть не аме­ри­ка­нс­кой ге­ге­мо­нии, ко­то­рую Пу­тин кри­ти­ко­вал в 2007 го­ду в сво­ей мюн­хе­нс­кой ре­чи, и не бес­по­ляр­но­го ми­ра, не­ко­е­го гло­баль­но­го прост­ра­н­ства с не­су­ще­ст­ву­ю­щим цент­ром, ко­то­рый на са­мом де­ле прик­ры­ва­ет до­ми­на­цию транс­на­ци­о­наль­ных кор­по­ра­ций и власть ми­ро­вой за­ку­ли­сы. Пу­тин и ев­ра­зий­цы го­во­рят о мно­го­по­ляр­ном ми­ре, где су­ще­ст­ву­ет нес­коль­ко конк­рет­ных ре­ги­о­наль­ных по­лю­сов вли­я­ния. Из их ба­лан­са скла­ды­ва­ет­ся спра­вед­ли­вая сис­те­ма расп­ре­де­ле­ния сил и зон ин­те­ре­сов. А один из по­лю­сов та­ко­го спра­вед­ли­во­го ми­ра – Ев­ра­зийс­кий со­юз.

Во-вто­рых, ин­тег­ра­ция пост­со­ве­тс­ко­го прост­ра­н­ства. Рос­сия в оди­ноч­ку не мо­жет быть по­лю­сом мно­го­по­ляр­но­го ми­ра – са­мос­то­я­тель­ным и за­кон­чен­ным. Для то­го что­бы соз­дать та­кой по­люс, Рос­сии нуж­ны со­юз­ни­ки, нуж­ны ин­тег­ра­ци­он­ные про­цес­сы на пост­со­ве­тс­ком прост­ра­н­стве, нуж­ны Ка­за­хс­тан, Бе­ло­рус­сия, Ук­ра­и­на, Мол­до­ва, нуж­ны Ар­ме­ния, же­ла­тель­но и Азер­байд­жан, ну­жен и вы­ход в глу­би­ну Цент­раль­ной Азии – Кир­ги­зия, Тад­жи­кис­тан, в перс­пек­ти­ве Уз­бе­кис­тан и да­же Турк­ме­ния. Это все очень да­ле­кая перс­пек­ти­ва, но ра­бо­тать в ука­зан­ном нап­рав­ле­нии на­до, по­то­му что не­об­хо­ди­мо соз­да­вать по­люс мно­го­по­ляр­но­го ми­ра. Объ­е­ди­нив энер­ге­ти­чес­кие, эко­но­ми­чес­кие, во­ен­но-стра­те­ги­чес­кие по­тен­ци­а­лы быв­ших со­ве­тс­ких рес­пуб­лик, тер­ри­то­рии с при­род­ны­ми ре­сур­са­ми и марш­ру­ты по их транс­пор­ти­ров­ке, блок наз­ван­ных го­су­дарств прев­ра­тит­ся в нас­то­я­щую ми­ро­вую си­лу, в нас­то­я­ще­го гло­баль­но­го иг­ро­ка, с по­мощью ко­то­ро­го мы возв­ра­тим­ся на ис­то­ри­чес­кую аре­ну. Се­год­ня ев­ра­зий­ство в инс­ти­ту­ци­о­наль­ном от­но­ше­нии воп­ло­ще­но в трех важ­ней­ших струк­ту­рах, объ­е­ди­ня­ю­щих пост­со­ве­тс­кое прост­ра­н­ство:

В-треть­их, пе­ре­ход Рос­сии от той ли­бе­раль­но-де­мок­ра­ти­чес­кой мо­де­ли, ко­то­рая в 1990-е го­ды бы­ла ско­пи­ро­ва­на с За­па­да, на со­вер­шен­но осо­бый рус­ский путь раз­ви­тия. Спе­ци­фи­ка рос­сийс­ко­го об­ще­ст­ва сос­то­ит в том, что у нас не сло­жи­лось пол­но­цен­ной бур­жу­аз­ной на­ции, не офор­ми­лось еди­но­го граж­да­нс­ко­го об­ще­ст­ва, ос­но­ван­но­го, как на За­па­де, на прин­ци­пах ин­ди­ви­ду­а­лиз­ма, ли­бе­ра­лиз­ма. Сис­те­ма цен­нос­тей Рос­сии ра­ди­каль­но иная. Эта сис­те­ма ос­но­ва­на на син­те­зе рус­ско­го яд­ра и по­ли­фо­нии эт­но­сов (не на­ций, а имен­но эт­но­сов), ко­то­рые жи­вут в Рос­сии и на пост­со­ве­тс­ком прост­ра­н­стве, об­ра­зуя ци­ви­ли­за­ци­он­ное един­ство. Это – ев­ра­зий­ство во внут­рен­ней по­ли­ти­ке, то есть еди­ное стра­те­ги­чес­кое уп­рав­ле­ние, еди­ное го­су­да­р­ство и мно­же­ст­во эт­ни­чес­ких групп, каж­дая из ко­то­рых не предс­тав­ля­ет со­бой на­ци­о­наль­но­го или ка­ко­го-то по­ли­ти­чес­ко­го об­ра­зо­ва­ния, но яв­ля­ет­ся частью ду­хов­но­го сок­ро­ви­ща на­ше­го об­ще­го го­су­да­р­ства.

Евразийство во внутренней политике – это единое стратегическое управление,
единое государство и множество этнических групп, каждая из которых
не представляет собой национального или политического образования,
но является частью духовного сокровища нашего общего государства.

Не так дав­но Вла­ди­мир Пу­тин уже выс­ка­зы­вал­ся о не­об­хо­ди­мос­ти про­ве­де­ния раз­ли­чия меж­ду на­ци­ей и эт­но­сом. «На­ция» в клас­си­чес­ком по­ни­ма­нии это­го тер­ми­на оз­на­ча­ет граж­дан, объ­е­ди­нен­ных по­ли­ти­чес­ки в еди­ное го­су­да­р­ство. По­э­то­му во фран­цу­зс­ком язы­ке есть ус­той­чи­вый по­ли­то­ло­ги­чес­кий тер­мин etat-nation («го­су­да­р­ство-на­ция»), по­ка­зы­ва­ю­щий, что на­ция не­раз­рыв­но свя­за­на с по­ли­ти­чес­кой сис­те­мой го­су­да­р­ства, объ­е­ди­ня­ет в осо­бое об­ра­зо­ва­ние граж­дан это­го го­су­да­р­ства.

Не вся­кое го­су­да­р­ство есть «го­су­да­р­ство-на­ция». Го­су­да­р­ства­ми-на­ци­я­ми (или на­ци­о­наль­ны­ми го­су­да­р­ства­ми) яв­ля­ют­ся сов­ре­мен­ные го­су­да­р­ства ев­ро­пейс­ко­го ти­па, ча­ще все­го светс­кие и ос­но­ван­ные на по­ли­ти­чес­кой до­ми­на­ции бур­жу­а­зии. Толь­ко к граж­да­нам та­ко­го сов­ре­мен­но­го светс­ко­го (се­ку­ляр­но­го, не­ре­ли­ги­оз­но­го) бур­жу­аз­но­го го­су­да­р­ства мы мо­жем с пол­ным ос­но­ва­ни­ем при­ме­нить оп­ре­де­ле­ние «на­ция». В дру­гих слу­ча­ях это бу­дет неп­ра­во­моч­ным сме­ше­ни­ем од­но­го смыс­ло­во­го зна­че­ния с со­вер­шен­но дру­гим. На­ция – од­на, как еди­ное го­су­да­р­ство, а эт­но­сы раз­лич­ны, и здесь очень важ­но не до­пус­кать ни на­ци­о­на­лизм се­па­ра­ти­с­тский, или ма­лый на­ци­о­на­лизм, ни на­ци­о­на­лизм боль­шо­го на­ро­да. Эти на­ци­о­на­лис­ти­чес­кие мо­де­ли не­сов­мес­ти­мы с ев­ра­зийс­кой при­ро­дой на­ше­го об­ще­ст­ва и всту­па­ют в про­ти­во­ре­чие с его мно­го­ве­ко­вы­ми тра­ди­ци­я­ми. Ес­ли мы хо­тим сох­ра­нить, ук­ре­пить и рас­ши­рить зо­ну на­ше­го вли­я­ния, мы долж­ны быть ев­ра­зий­ца­ми и ос­но­вы­вать на­шу по­ли­ти­ку на этой ев­ра­зийс­кой по­ли­ти­чес­кой фи­ло­со­фии.

Пос­лед­ние за­яв­ле­ния Пу­ти­на сви­де­тель­ству­ют о том, что ев­ра­зийс­кий про­ект на­чал по­лу­чать воп­ло­ще­ние – пус­кай мед­лен­но – и во внут­рен­ней по­ли­ти­ке Рос­сии. Этот про­цесс зай­мет ка­кое-то вре­мя и уже че­рез нес­коль­ко лет пот­ре­бу­ет серь­ез­ной пе­ре­дел­ки на­шей по­ли­ти­чес­кой сис­те­мы, из­ме­не­ния оп­ре­де­лен­но­го ба­лан­са сил меж­ду цент­ром и ре­ги­о­на­ми, при­чем в обе сто­ро­ны. С од­ной сто­ро­ны, речь пой­дет о лик­ви­да­ции та­ко­го по­ня­тия, как на­ци­о­наль­ная рес­пуб­ли­ка внут­ри Рос­сии. Но од­нов­ре­мен­но про­и­зой­дет рас­ши­ре­ние пол­но­мо­чий эт­но­сов, бу­дет про­во­дить­ся соз­на­тель­ная по­ли­ти­ка по ук­реп­ле­нию и куль­тур­но­му воз­рож­де­нию язы­ко­вых, ре­ли­ги­оз­ных, куль­тур­ных общ­нос­тей на тер­ри­то­рии Рос­сии. То есть про­цесс пой­дет в нап­рав­ле­нии не толь­ко цент­ра­ли­за­ции, но и де­це­нт­ра­ли­за­ции, толь­ко по дру­го­му – ев­ра­зийс­ко­му – сце­на­рию, про­ти­во­по­лож­но­му про­ек­ту соз­да­ния еди­но­го граж­да­нс­ко­го об­ще­ст­ва, ос­но­ван­но­го на ин­ди­ви­ду­а­лис­ти­чес­ком предс­тав­ле­нии о че­ло­ве­ке. Мы вхо­дим в эпо­ху со­вер­шен­но но­вой по­ли­ти­чес­кой ре­аль­нос­ти. Это не ли­бе­раль­ная мо­дер­ни­за­ция – это стро­и­тель­ство ев­ра­зийс­кой дер­жа­вы, ин­тег­раль­ной, мощ­ной, ми­ро­вой, с со­ци­аль­ны­ми осо­бен­нос­тя­ми, со спе­ци­фи­чес­ки­ми прин­ци­па­ми и цен­нос­тя­ми, ко­то­рые сос­тав­ля­ют осо­бен­ность всей на­шей ев­ра­зийс­кой общ­нос­ти.
Joomla Templates and Joomla Extensions by ZooTemplate.Com