Пятница, 05 Июня, 2020
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)

 

– И поэтому особенно досадно видеть все происходящее в Европе и при этом ясно осознавать, что еще совсем недавно в этой колыбели нашей цивилизации безраздельно господствовали традиционные христианские ценности.

– Все что есть сейчас на Западе – это не заслуга современного мира, а просто то, что они накопили за время правления – причем тоталитарного – как раз самых что ни на есть традиционалистов. Это все мне напоминает историю с очередным барчуком, который гонял на «Бугатти» со своей любовницей, попал в аварию, разбил машину и создал другим массу проблем. И при этом он не ощущает себя виновным, потому что считает, что он – цвет нации. Он забыл, что «Бугатти» купил вовсе не он сам, а его папа, который работает по 24 часа в сутки и не гоняет с любовницами на престижных иномарках, а горбатится на фабрике, на заводе, в банке, не отрывая головы. Барчуку этому трудно и не хочется понимать, что у него такая машина вовсе не потому, что он ее заслужил, а потому, что у него папа такой. То есть он, по сути, разбазаривает наследство отца. Когда отец умрет или состарится и не сможет уже управлять капиталом, этот барчук станет просто проедать наследство, пока оно не закончится. То, что происходит сейчас в Европе, – это проедание наследства, не более того. Экономический потенциал, накопленный отцами-основателями Евросоюза, действительно был огромным, и его пока что хватает, несмотря ни на какие кризисы и рецессии. Но это пока. Хотя проблемы уже на пороге. И проблемы не только и даже не столько сугубо экономические, сколько в первую очередь психологические, жизненные. И невозможность противостоять мигрантскому натиску – одна из наиболее зримых и острых на сегодняшний день. Почему так происходит? Да потому что у ребят, вышедших из хижин и мазанок, с окраин цивилизованного мира, как раз с традиционализмом все в порядке. И поэтому у них все получается, поэтому они не просто укореняются в Европе, но и постепенно усиливают там свои позиции. А автохтонные европейцы, которые отказываются от своих базовых ценностей, наоборот беднеют и банкротятся. Другое дело, что представление о бедности у них, скажем так, далекое от истины. Они привыкли брать три сосиски, одну есть, а две выкидывать. Поэтому сейчас, когда перед ними стоит задача поделить одну сосиску на три части, у них ничего не получается. Это они называют кризисом. Понимаете, в чем дело? Европа не готова к кризису абсолютно, поэтому там такая паника и такая растерянность. И единственное, на что они оказываются способными, так это на то, чтобы пожертвовать кем-то. Скажем, Грецией или Кипром. Причем обратите внимание на одну любопытную закономерность, о которой как-то – видимо, из-за политкорректности – не принято говорить. Почему, когда надо отдать девственницу дракону, в жертву приносят именно православную страну? Почему до сих пор не пожертвовали кем-то из латинян или протестантов? А то сначала отдают Грецию, потом Кипр. А до этого отдали Сербию на растерзание варварам, просто собакам из Албании. Нужно было удовлетворить амбиции Великой Турции, которая расширяет экспансию и при этом лицемерно демонстрирует свою как бы толерантность – дескать, у них там в Стамбуле гей-парад проходит. Да он у них прекратится моментально, когда в нем больше не будет нужды. А нужно было дать мяса – и отдали православную территорию Косова. И на этом фоне Европа еще смеет нас учить уму-разуму! В лице того же консула Швеции, у которого жена – не жена, а муж. И этот консул Швеции заявляет мне, что я неправ и должен отменить закон о гей-пропаганде. Он, видимо, не хочет вспоминать о том, что в том же Косове, в котором сейчас солдаты его страны оберегают государственную независимость этой самопровозглашенной республики, понятие «права человека» применимо только к тем, которые, извините меня, целуют трусы с американским флагом. И православные люди находятся там в положении, аналогичном положению евреев в фашистской Германии. Разве что шестиугольные звезды им не нашивают. Да они и не нужны, так как православных там просто расстреливают и забивают до смерти. Я там бываю регулярно и все это вижу собственными глазами. Если, например, православный храм там не будет охраняться бэтээрами и не будет обнесен колючей проволокой, то в него ворвутся эти хищники и разграбят его. Так поступают сейчас их, так сказать, братья в Сирии, ворвавшись в христианское селение.

– Виталий Валентинович, после того как Вы стали известным на всю страну из-за закона о гей-пропаганде, на Вас тут же пошел накат. Хочется понять, чем этот накат был вызван в большей степени – намерением гей-лобби Вас демонстративно наказать, чтобы другим неповадно было, или же стремлением так называемой либеральной общественности дискредитировать Вашу идейную позицию, ту идеологию, которую Вы отстаиваете, а закон здесь оказался лишь поводом? Ведь либеральная общественность в своем подавляющем большинстве, конечно, не ЛГБТ, а нормально, традиционалистски ориентирована, но воспринимает ЛГБТ-ценности как непременный ярлычок западной стилистики, западной ментальности, западного образа жизни, которые надлежит безоговорочно принимать – и поэтому обязательно разрешать гей-парады. Все-таки чего здесь было больше, по Вашему мнению? Недовольства тем, что борьба с гей-пропагандой противоречит общемировому стандарту либеральных ценностей? Или Вас просто пытались поставить на место наши адепты ЛГБТ?

– Несмотря на то, что я не считаю себя специалистом по пиару, в политике я не первый день и кое-что уже научился понимать. И поэтому правильнее говорить не о том, кого я спровоцировал сильнее – гей-пропагандистов или либералов, а о том, как вообще велась кампания по дискредитации нашей инициативы. Это была очень грамотная и дотошно выверенная кампания. Сначала стали просто ругаться, потому что носители ЛГБТ-ценностей увидели в законе очень серьезную проблему для себя. И первым отреагировал Запад – уж там-то прекрасно понимают, о чем идет речь.

– То есть не наши, а именно Запад?

– Первый – Запад. У меня где-то до сих пор валяется письмо, подписанное одиннадцатью консулами, европейскими и американским, с настоятельной просьбой встретиться и обсудить ситуацию с законом – мы его тогда как раз только приняли в первом чтении, – которым они крайне обеспокоены. То есть сначала просто пытались поговорить – и, может быть, договориться. Потом, когда поняли бесперспективность подобных шагов, стали запугивать. Ведь что для либерала самое страшное? Если Запад погрозит ручкой. Страшнее этого ничего нет и быть не может. Поэтому надо срочно каяться и исправлять содеянное. Я же спокойно на все это реагировал и терпеливо объяснял, что закон не имеет человеконенавистнического характера, что мы не намерены никого лишать гражданских прав, что это просто наша точка зрения. В конце концов, можем же мы – россияне – иметь собственную точку зрения? Вы же не осуждаете японцев за то, что у них неприличным считается в глаза смотреть, когда здороваешься? А у нас неприличным считается детям рассказывать про всякие мерзости. Если вы своих детей хотите дебилами растить, то, пожалуйста, рассказывайте. Жалко, конечно, ваших детей. Но своих детей мы не хотим растить в такой атмосфере. Когда же они поняли, что уговорами ничего не добьются, то стали действовать иначе – развернули массированную пиар-кампанию. И вот на этом этапе подключились уже и наши. Подняли вой, дескать, гомофобная власть делает все для того, чтобы нас вышвырнули из цивилизованной Европы. Но и тут не сработало. Социологические опросы показали, что 86 процентов опрошенных поддерживают закон. Тогда сценарий наездов снова изменился. Мне стали приписывать всякие глупости, которые я якобы где-то и когда-то озвучивал. Например, что я якобы предложил призывать женщин в армию. И, кстати, как Вы думаете, кто первым приписал мне эту несуразицу? Навальный! Больше года назад в своем твиттере он написал, что Милонов хочет женщин, не родивших до 23-х лет ребенка, брать в армию. А потом уже пошло-поехало. Против меня в сетях развернулась настоящая война. Я-то спокойно к этому отношусь, и мне даже интересно все это наблюдать. Но вместе с тем, конечно, не может не тревожить то, что мы позволяем нашим врагам так свободно и открыто орудовать на нашей территории. Почему у нас социальные сети превратились в откровенный рупор антигосударственных, антироссийских сил? Я попытался призвать к ответственности владельцев этих публичных сообществ в Интернете. Они, естественно, тут же все исказили, сказали, что я против шуток в Интернете. Ну, да бог с ними. Они-то четко понимают, на что я покушаюсь. Я покушаюсь на как бы априорно воспринимаемые в качестве незыблемой данности безответственность и вседозволенность социальных сетей. У нас журналист любого СМИ – вне зависимости от аудитории этого СМИ – несет полную ответственность за подаваемую им информацию – вплоть до уголовной. Пускай даже журналист какой-нибудь районной малотиражки. А вот хозяин паблика в три миллиона подписчиков почему-то не несет никакой ответственности вообще. А в этих самых пабликах ведется самая настоящая идеологическая работа. Вычленяется некая целевая группа, падкая на всякого рода скабрезности. Ну, понятно, это молодежь, подростки. И с определенной периодичностью в эту целевую группу вбрасывается та или иная идея. Скажем, идет ряд: полуголые девки, машины, пошлые шутки. Потом – бац! «Путин – такой-то». Потом опять девки-машины, а затем снова: «Живу в сраной, – прошу прощения за это цитирование, – Рашке, душою в замечательной Америке». И опять девки-машины… Мы проигрываем эту войну, мы теряем молодежь. Эти глупые несмышленые подростки-школьники – мальчики и девочки – ведутся на эту гадость. У нас закон защищает от агрессии в традиционных средствах массовой информации, но делает нас абсолютно беспомощными в тех коммуникационных системах, которые сейчас являются самыми эффективными, – в сетевых. Мы можем показывать по телевизору сколько угодно хороших передач, но только, к сожалению, такие передачи смотрят только те, которые и без того являются приверженцами традиционных доброкачественных ценностей. А те, которым это нужно смотреть в первую очередь, – не смотрят, а сидят в соцсетях. Мы кого – самих себя хотим в чем-то убедить? Зачем? Нам надо в первую очередь работать с теми, которых наши враги перетягивают на свою сторону. Например, с теми самыми десятью процентами москвичей – тридцать процентов явки было, и тридцать процентов от явки – как раз десять процентов, – которые пошли за своим лжепророком, за этим новым Виссарионом. Вот с кем нужно работать. А с ними по телевизору, к сожалению, общаться нельзя – они не смотрят телевизор. У них есть свое сетевое «болото»…


Комментарии  

 
0 #1 Николай Алексеев 06.01.2014 16:39
Молодец Милонов! Дай Бог ему здоровья и сил! Надо активнее действовать в тех самых социальных сетях, надо отжимать их у наших недругов!
 

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2020 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 1596 гостей онлайн