Понедельник, 17 Июня, 2019
   
(4 голоса, среднее 4.25 из 5)

 

Не будучи сегодня одним из двух самых могущественных игроков на мировой арене, как это было совсем еще недавно в случае с СССР и США, Россия тем не менее является не просто заметным, но одним из решающих игроков, а ежели оторваться на мгновение от внешней феноменальности и погрузиться в метафизическое мировое нутро, то, возможно, и… самым решающим… в плане, конечно, исторической эсхатологической перспективы. Люди, народы и страны, в том числе и западные, совсем не даром обращают взоры надежды на Россию, ибо чуют что-то такое, что не бросается в глаза бойким политическим обозревателям, видящим мелькающую перед их дипломированным носом обыденную мишуру, но не способным заметить за ней нарастающих из глубины неотвратимых потенций.

Мировая геостратегическая игра в разгаре, и Россия, вновь обретающая субъектный суверенитет и активно припоминающая имперский игровой навык, в этой игре из первых ее участников, причем вовсе не только полевых, но и судейских, мало того – из авторских.

Макиавеллизм – не ремесло вовсе, а великое искусство, полное изобретательности, своеобразности, импровизационности, неповторимости, одноразовости, в общем – творчества, причем неожиданного, поражающего, внезапного, разящего – это удел немногих, точнее – единиц, хоть все хитрецы, лгуны, склизняки и подлецы и почитают себя за макиавеллистов, но никакими макиавеллистами они не являются, ибо они попросту чернь, а чернь на то и чернь, чтобы даже не понимать, что есть на самом деле Макиавелли и его макиавеллизм, обращенные к князьям, государям, правителям, властителям, да и то не ко всем, а лишь к некоторым, способным действовать в угоду общему делу и на пользу всех, исполнять поднебесный долг, не стесняясь в случае необходимости прибегнуть и к разящему противника коварству.

Макиавеллизм начисто софиен, он явно в согласии с Премудростью Божией. Только, в отличие от уставшего и разочарованного во всем царя Соломона, ничего уже от жизни не желавшего и излучавшего грустную пессимистическую мудрость, Макиавелли стоит за мудрость активную, действенную, созидательную. Макиавелли – великий оптимист, но не дурашливый оптимист, закрывающий глаза на смерть, раны, проказу, как и на низость, подлость, мерзость, а оптимист мужественный и реалистичный, сдабривающий и оправдывающий свой оптимизм волей к жизни, желанием общего блага и стремлением к преодолению зла. Подставление другой щеки под новый удар обидчика – вовсе не Макиавеллиев идеал, хотя, быть может, не его идеал и не достигающий поражения противника ответный удар: флорентинец за полное повержение противника, причем такое и тогда, когда наглец менее всего его ожидает. Аз, отмщение! Вот и Россия в ожидании отмщения за все западные над собой эксперименты, но не ударное отмщение, не прямолинейное, не тупое, а сходное с тем, что заслуженно когда-то получила Орда – гибкое, рассчитанное, хладнокровное. Не войной вовсе угрожает Россия Западу, а своим поразительным существованием, истерзанной душой, поруганным телом, выстраданным словом.

Как ни странно, но София вовсе не с благополучным и самоуверенным Западом, а с исковерканной, униженной и растревоженной Россией, ибо на благоустроенном Западе уже ничего богоугодного не выварится, а вот в ужасной России – очень даже возможно! В России есть вполне человеческий протест против всего этого – пореформенного, и растет потребность в ином – уже постреформенном, – и хотя стране тяжко и невыносимо, она выдюжит и к этому иному непременно придет, ибо, бытуя в аду, много страдает, переживает, думает, но и ищет, озираясь и выворачиваясь спасительно, перебегая от одного судного дня к другому!

Post scriptum

Прекрасно осознавая потребность обвинения нас вместе со славным флорентинцем в «наивном прекраснодушии» – относительно современности, что, несомненно, будет непременно проявлено всезнающими умниками из рейтинговых университетов, заметим читателю-скептику следующее: во-первых, повнимательнее отнестись к оценке текущего момента – сегодня всем в мире тошно от нарастающей неопределенности и самонагнетающейся напряженности, даже проворным и успешным китайцам тошновато, не говоря о механических циниках с Уолл-стрита, а раз так, то мы все – богатые и бедные – перед серьезнейшими непредсказуемыми переменами; во-вторых, Россия, эта брошенная в перестроечный ад страна, уже безоговорочно желает выхода из этого ада, – и шанс такого выхода у России есть, а о самом выходе обязаны сегодня позаботиться прежде всего нынешние властей предержащие (не могут, а обязаны, хотя и не очень-то, наверное, могут, ибо через короткое время не останется ни шанса, ни властей, а будет просто… факт!); в-третьих, у нынешнего российского принцепса нет уже выбора: или он как толковый макиавеллист идет навстречу потребностям очнувшейся страны и выводит ее на возвышательный путь, или же уже как маниакальный антимакиавеллист идет навстречу сознательно призываемой бездне – как личной, так и всех вокруг него во властях упражняющихся, а это, сами понимаете, совсем никому из них не в радость; в-четвертых, есть еще помимо субъективного управляющего фактора и «ход вещей», который происходит сам по себе и лишь частично корректируется управляющим субъектом, мало того, есть еще и вовсе от управляющего субъекта и даже «хода вещей» не зависимый «ход неизвестности» (случайность, внезапность, произвол, воля Божия, чудо, промысел Господень), что означает, что потребно быть не просто макиавеллистом, а… очень мудрым макиавеллистом, учитывая все сразу, в том числе и никак не учитываемое; в-пятых, в России пришло время не почивания на пореформенных лаврах – прямо на краю бездны, а радикального поворота к отводящему от бездны постреформизму, – в противном случае ни тебе дойной российской коровы, ни тебе золотого молочка от нее, а одна лишь всеобщая, знаете ли, лажа; в-шестых, каяться надо западно-российским реформистам, каяться, возвращать награбленное, а не бежать, ибо бежать-то некуда – совсем малой и очень хорошо известной стала планета, а бессовестных грабителей нигде ведь не любят, их побаиваются и вовсю презирают – и не потому, что сами лучше их, а потому, что есть возможность побыть лучшим; в-седьмых, Макиавелли со своим макиавеллизмом хорош тем, что у него предусмотрено и сокрушительное поражение правителя-неудачника: Ельцин-то мог чудить и проказничать, ибо смута была и спроса никакого с «правителя» тогда не было, а вот у нынешнего руководства такой возможности уже нет, ибо смута всем уже надоела и народ чает порядка с нормой, а потому при внезапном завершении неловкого правления уже никаких гарантий ни для кого из неудачников не будет – прямо по Макиавелли! Вообще же не надо забывать, что есть макиавеллизм сверху, от и для верховного правящего субъекта, а есть макиавеллизм снизу – прямо от среды и для среды, и он – этот объективный макиавеллизм, никогда, как и София, не дремлет!
Joomla Templates and Joomla Extensions by ZooTemplate.Com


НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

© 2019 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 1724 гостей онлайн