PDF Печать
(1 голос, среднее 5.00 из 5)
09.08.2015 00:00

 

13. Так какова же она, эта треклятая русская матрица – разумеется, с высоты, или же с «низоты», сегодняшнего исторического и размыслительного момента? Во-первых, это некая само-матрица, неизвестно как возникшая и незнамо как воспроизводящаяся, причём само-преобразуясь, может, само-переворачиваясь (или даже само-выворачиваясь), – и всё это ради не более и не менее как само-сохранения. Нет того бога, пророка или мудреца, который задал бы эту матрицу на века, ибо она сама себя задаёт, поддерживая сама с собой деловой, хоть и дюже страдательный, разговор. Во-вторых, это не­описываемая, неформализуемая и немоделируемая матрица, точнее, может, и обрисовываемая как-то, точнее – воображаемая, но… в терминах… нет… не неопределённости даже, а… самой что ни на есть… э-э… психиатрии, но не безумия вовсе, а всего лишь без-умия. Близко к синергетике, но… к за-умной синергетике, а лучше сказать – вопреки-умной. Умом такую матрицу никак не прочитать, но и безумием её не схватить, хотя бы потому что у неё – у матрицы этой – нет ни ума, ни безумия, а есть то, к чему учёность современная только-только подбирается со своим толкованием, блуждая вокруг какого-то «хаосного порядка из хаоса», или хаосмоса.

14. Где хаос, там и чудо, но там же и чудо-матрица!

15. Где чудо-матрица, там и чудо-метрика! Кто в СССР мог подумать, даже ещё в 1980-е годы, что произойдёт со страной в годы 1990-е и 2000-е, а кто мог предположить, что к 2015-му вдруг начнётся… нет, пока ещё не возрождение, но хотя бы случится вполне заметный всплеск (если не взбрык!)… благополучно, вроде бы, скончавшейся под ударами глобализма… русскости?! Спасибо Украине с её «украми», прямо указавшей на главных врагов своих – на русских, – не на православных, заметим особо, коими и сами по преимуществу являются, а именно русских! Есть, стало быть, мир русский, есть русскость, есть и русские люди!

Русский сингуляр

Сингуляр – точка, нуль, ничто, где сразу всё и откуда всё сразу, мало того – внезапно, хотя это уже сингулярность.

1. Есть ли что-нибудь на Земле подобное русскому феномену? Вряд ли! Ничего подобного, даже схожего, нет. Всё русское – сингулярное, то бишь особенное, исключительное, единственное. Мало того, это ещё и неожиданное, не могущее вообще быть, невообразимое. И это не всё: сходящееся (сжимающееся) в точку, вполне и невидимую, и из неё расходящееся (разжимающееся). А точка эта и есть сингуляр: мало того, что единственный, но ещё и один-одинёшенек – невозможный, несуразный и неповторимый!

2. Россия – мир, хоть это и страна, и государство, и что-то вроде нации. И вот этот-то мир вдруг сингулирует, обращаясь сначала в точку, а потом возвращаясь в большое целое (с некоторых пор, кстати, – имперское: с Ивана III, быть может, а уж с Петра I – точно!). Не физическая, конечно, Россия сворачивается в точку и из неё вдруг исходит, причём в одно и то же время, а метафизическая, ноосферная, эгрегорная, эфирная, полевая. Полюшку такому, лишённому пространства-времени, ничего ведь не стоит и в точку обратиться, и обратно в поле возвернуться, начисто и исчезнуть, и вдруг – из ничего – вновь явиться. Вот и Русь-Россия так же: то в нуль – то в полноту, то в ничто – то в нечто. Подмигивая да попрыгивая!

3. Примеров тут предостаточно: до Рюрика как бы и нет никакой Руси, она вся в нетях, в исчезновении, в немоте, но, как оказалось, в сингуляр сыграла, ибо вдруг в феноменальной реальности возникла во всей красе, чуть ли не империей при Святославе стала, причём оба этих персонажа – Рюрик и Святослав (дед и внук) – тоже ведь сингулярные личности, как и сын Святослава Владимир, Русь вдруг крестивший (всё в этих персонах-точках сходилось, как и всё из них и выходило). Или тот же Пётр Великий, поставивший Русь на грань катастрофы, если не ввергнувший её в катастрофу, и вдруг… Победа, Империя, Россия! Или тот же Сталин, проделавший со страной примерно то же, что и Пётр I, правда, сначала Ленин постарался, а потом уже Сталин, и вдруг – опять Победа, Империя, СССР, а сам Сталин хоть и не был императором, но зато генералиссимусом стал, повелевая полумиром. Есть и другие примеры: со смутами да революциями, самый замечательный из которых относится прямо к рубежу XX и XXI веков: не стало России – и всё тут, но проходит малое время – и вот она, Россия!

4. Не успевают «доброжелатели» русского мира возрадоваться и пропеть, приторно всплакнув, Requiem по России, как она вновь тут как тут – как птица Феникс на собственном же пепелище!

5. А в чём тут дело? В этой самой сингулярной способности, если, конечно, к этой необыкновенной способности добавить и кое-какие необходимости:

  • держать восточноевро­пей­ское и северное евразийское зеˆмно-небесное пространство (а делать это может только непритязательная, изворотливая, изобретательная и необычайно стойкая русскость!);
  • настоятельное присутствие в земном мире заинтересованного иномирья, хранящего человека в человеке и продуцирующего альтернативу нарастающему и наглеющему античеловечеству (неважно какую);
  • потребность иномирья в земном экспериментировании (звучит не очень красиво, но зато правдиво), которое не только не остановлено, а в явной сейчас кульминации.

6. Особенность сингулярности в её непредсказуемости: когда, зачем, как, с какими последствиями, с какими итоговыми результатами? Сингулярный эффект – эффект как бы сумасшедшего, когда царствует как бы сумасшедшая неопределённость, питающаяся как бы сумасшедшей трансцендентностью. Достаточно помянуть совсем недавние события в Москве 1991–1993 годов; гнусные в человеческом измерении 1990-е; грязные уже в нечеловеческом измерении 1996–1998 годы; совсем неожиданный 1999 год, закончившийся отставкой первого в стране лица, да и с заменой на кого – на человека… э-э… «без лица»; затем и невероятные 2000-е – годы уродливой стабилизации России и странного перехода к невозможному подъёму страны. Ничего ведь нормального, ничего системного, ничего более или менее стройного! И однако: из хаоса и через хаос… э-э… сначала к воспроизводственному бес-порядку, а затем и к кое-какому творящему гибриду хаоса и порядка – хаосмосному! Да, что-то можно предчувствовать, что-то интуитивно прозревать, что-то даже в неловком абрисе вдруг вообразить, но… не более того! Сингулярность решает сама и по-своему: случается как раз то, что никогда не может и не должно случиться! Россия же – самая подходящая для син­гулярных событий миˆровая арена, но что важно – событий судьбоносного порядка как для России, так и для всего планетарного мира!

7. И вот сейчас, в 2014–2020 годах, Россия вновь на переломе, мало того – во всемирном сингулярном запале, которым заведуют не так субъекты, как распределённые по хаосному планетарному пространству хаосные же сгущения, не имеющие ни устойчивых обоснований, ни явных целей, ни предвиденных разрешений. И у привыкшей к чудодейственной сингулярности России тут свой великий сингулярный шанс!

Русская невидаль

Невидаль – что не видно, но что есть, как и что есть и даже видно, но ничего такого (!) не представляет; чего не может быть никогда, но непременно сбывается, как и что никак не сбудется, но уже есть. Чему и во что никогда нельзя верить!

1. Если о русском прошлом и даже русском настоящем мало что можно сказать существенно определённого, то что можно сказать о вообще не определимом русском будущем? Здесь уж сплошная невидаль! Ни зги тут не видно, никакого шороха не слышно, ничего впереди никак не вырисовывается. Картина почти что печальная, если не принять во внимание веры – веры в Россию, в русскость, в русский мир и, заметим, менее всего в самих русских людей, склонных-таки массово к союзу с антиРоссией и даже к измене России, что понять вполне можно, даже и оправдать, ибо Россия – далеко ведь не злато, но вот только простить нельзя: Россия никому измены не прощает!

2. Россия без будущего: эка невидаль – она ведь всегда без будущего! Никто не знает, за счёт чего вообще бытует Россия, как и намерена, кажется, бытовать и дальше. Жертвоприношения – вовсе тут не всё, да и не главное. Никакого тебе реестра, никакого трафарета, никакого чертежа! Разве лишь выжить любой ценой, уцелеть, продлиться. Это даже не драма и не трагедия, хотя это всё и есть, это – нескончаемая боль! Россия – не место для благополучия, наслаждения, счастья. Зато место для бед, неурядиц, страданий. Не рай вовсе, скорее – ад! Однако ад… полный какой-то нечеловеческой притягательности! Почему – загадка! Житие как бы одним днём: ненадёжность, опасность, риск. В постоянной борьбе с неˆжитью, с Неˆрусью, с антиРоссией, как и с самою собою. Какое уж тут будущее, да ещё и светлое?

3. И однако… и однако – жизнь! Как испытание жутью, как обработка страхом, как закалка страдой. Жизнь ради… неˆжити, то ли неˆжить… ради жизни?! Без будущего, но зная, что оно всё-таки будет, но вот какое… э-э… лучше помолчать, ибо там – одна невидаль! Творящий хаос! Хаосмос! Но ведь что-то же обязательно сотворится?

4. Россия нынче на невозможном, вполне и трансцендентном, подъёме, каковой кое-кому из «доброжелателей» русского мира очень хочется непременно подорвать. Россия ведь устремилась к себе! Это-то для «друзей» и страшно! Что значит к себе? Нет-нет, не к Святой Руси Великих Иванов, не к Российской империи эпохи романовской и не к СССР времён большевистских, в общем – не назад, хоть и с неизбежным соприкосновением с традицией и погружением в исходную русскую метафизику. Только вперёд, только к новой России, ещё не бывшей!

5. Хороша была формула «православие–самодержавие–народность», родившаяся эскизно ещё в рюриковичевские лета и лишь закреплённая чеканно уже зрелым николаевским временем, да вот сегодня она для России не годится. А что может тогда сгодиться? Тяжкий вопрос, нетактичный, и ответ на него тяжкий, почти что и бессмысленный, ибо эпоха ныне больно особенная, с непрочитываемым бытием, мало того, что непрерывных перемен, но и перемен самопроизвольных, следственно – неуправляемых, точнее – с управлением и даже с самоуправлением, но, повторим, – неуправляемых, счастливо не прогнозируемых, удачно не просматриваемых, надёжно не улавливаемых, – если в целом, конечно! Запад уже во флаттере (саморазрушении). Китай, ежели не опомнится, на пути к чему-то подобному. Весь планетарный мир в неконтролируемом и неподсудном движении. Лишь России не привыкать к стихиям и катастрофам, да и прошла она уже кое-что ужасное для себя совсем недавно. «Партнёрские санкции» России не помеха, российский мир необратимо сосредоточивается, Россия step by step овладевает будущим!

6. Теперь грезится другая формула – «Россия–импе­рия–
тво­рчество». Самое привлекательное здесь, конечно, творчество, но его-то как раз нет и не будет без России, а сама Россия может быть только как империя (однако не экс-пансивная, а ин-тенсивная – в себе и для себя).

7. Россия способна к импровизации – полномасштабной, полноприводной и полноценной. Она открыта для фундаментальной новизны. Ей всё равно, какой завтра быть, лишь бы быть и быть… Россией! Она сама для себя аттрактор; сама себе причина; сама для себя и суть!

8. Россия сегодня ничего на мировой ярмарке не выбирает, она идёт вперёд, что-то уже для себя и созидая. Отверженная, она и сама отвергает – отвергателей, ей уже безразличен контекст – как объект поклонения, ибо Россия – сама себе проект! И дело тут не в гордыне России, а в неотложной необходимости: не отгородиться, а удержаться и удержать! София ведь совсем и не «против», наоборот, она вполне «за»!

9. Мир вступает, втягивается или же попросту ниспадает в иной земной мир – совершенно уже искусственный, можно сказать, что и неземной, никем, кроме безумных фантастов, не подуманный и немогущий быть человеком нормальным помыслимым. Делает это мир, разворачивая шаг за шагом тягостную всемирную войну, – Армагеддон! Иначе он уже не может: падение в войну от него уже не зависит. Россия, пережив страшную катастрофу СССР и собственное жуткое падение, осознала ценой унижения, подчинения и отравы, что ей нужно немедля обратиться к себе, сбросив навсегда внешнюю зависимость, и овладеть необходимой для выживания, перемен и бытия ситуацией – уже и… внеисторической!

10. Россия сегодня – ковчег спасения! Вот те на! Эта-то планетарная «чёрная дыра» и вдруг… ковчег спасения! А-а, в том-то нынче и дело, что не только «будут последние первыми», но и, знаете ли, охотно падшие вдруг неохотно поднимутся и… пойдут вперёд и впереди! Русская апокалиптика на то и русская (постоянная, терпкая, скребущая), чтобы выдать что-то совсем уж непотребное – как раз сжимающемуся искусственному безвременью и необходимое!



Обновлено 10.10.2020 12:51
 
Свидетельство о регистрации средства массовой информации. ЭЛ № ФС 77 – 45891 от 15 июля 2011 г. При полном или частичном использовании материалов ссылка
на «Развитие и экономика» обязательна.
Яндекс.Метрика
 

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ