Пятница, 03 Апреля, 2020
   
(1 голос, среднее 5.00 из 5)

Русская рулетка
Юрий Осипов

Источник: альманах «Развитие и экономика», №13, июль 2015, стр. 86

Юрий Михайлович Осипов – доктор экономических наук, директор Центра общественных наук при МГУ имени М.В. Ломоносова, президент Академии философии хозяйства, вице-президент Академии гуманитарных наук, действительный член Российской академии естественных наук, главный редактор журнала «Философия хозяйства»

Русская стать

Стать – это остов, стан, стол, столп, стояние, стойкость, стоимость и отстой сразу.

1. Колеблется Русь-Россия, шатается, бесится и кочевряжится, падает и поднимается, выворачивается, исчезает во мгле, вдруг­­ из мглы вновь является и… стоит!

2. Отчего же так? Не от физики же российской, а от метафизикисвоей!

3. От метафизической субстанциирусской субстанции, которая не дух как таковой, хоть и духовна (из духа); не информация, как таковая, хоть и информационна; не коллективное бессознательное, хоть и полна всякой архетипики; не эгрегор даже, хоть и напичкана она всякими потаёнными смыслами.

4. Именно субстанция, этот некий находящийся в земно-небесном, если не прямо в космическом, если не в ино-мировом, пространстве невидимый, неслышимый и неосязаемый сгусток метафизических сущностей, предназначенный Бытием (Богом!) служить выражением, хранилищем и очагом не убиваемого текущим временем и не растворяемого обыденным пространством идеального субстрата, воплощающегося в земной реальности и придающего характерное качество чему-либо из непосредственно на земле сущего.

5. Субстанция эта – плодоносное чрево, из которого всё особенное феноменальное и исходит. И что бы ни творилось с этим особенным феноменальным, его духом, формой и содержанием, его пребыванием на свете, его историей, чрево это всегда в наличии и всегда в плодоношении, даже ежели плоды его бывают горькими, ядовитыми, злостными и даже мертвящими.

6. Идея любой субстанции, а у её истоков, конечно же, мысль трансцендентная, сколь всегда явна, столь всегда и загадочна, – и бессмысленно смертному заниматься субстанциальной археологией, ему промыслительно недоступной.

7. Главное тут: фиксация самого этого субстанциального феномена и самого факта присутствия в земно-небесном пространстве собственно русской субстанции.

8. Возникла (образовалась, извлеклась, произвелась) эта русская субстанция в незапамятные времена, задолго до времён, называемых и поныне историческими, и бытует себе, аж до сих пор бытует – в русском сознании и в русской ноосфере, в русском жизнеотправлении и в русской истории, являясь залогом бытования всего русского мира, хотя и не командным для него пунктом, – русский мир всё-таки кое в чём и фундаментально свободен!

9. Субстанцию эту никому и никогда из смертных ни отменить, ни уничтожить, ни существенно переделать (лишить русскости) – она ведь не от человеческой, а от сверхчеловеческой воли!

10. Есть ли зависимость русского мира от русской субстанции? Конечно есть, и выражается она в непреложности русского начала (качества) в русском мире: что бы ни вытворял русский человек, он был, есть и остаётся русским!

11. Русскость – не так земно-феноменальная, как космо-ноуменальная данность. Это присутствие иномирья в сем мире! Русский – землянин, но он более иномирный, чем сеюмирный, землянин.

12. Нет, не выжила бы Русь-Россия в веках, если б не генотипическое её стремление, вполне и магическое, к самой себе, к своей родименькой субстанции!

13. Иномирность, сидящая в русском мире, дорого ему обходится, ибо русский мир в постоянной борьбе со странным компонентом русского сеюмирья, обозначаемым обычно русским сознанием как Неˆрусь.

14. И приходится Руси-России отступать, уходить в нети, а то и в Навь, но лишь для того чтобы, свершив очередное утратное жертвоприношение, вновь вернуться в Явь, в текущую реальность: субстанция тут заботится и