Понедельник, 25 Октября, 2021
   
(3 голоса, среднее 4.00 из 5)

Мы не будем оправдываться перед теми, которые пожелают нас обвинить в воспевании тоталитарных идеалов и ценностей. Но, буде таковые сыщутся, мы им всего лишь напомним, что настоящая культура – это всегда самоограничение. И чем выше культура, тем выше степень этого самоограничения. «Само» – относится к самой культуре, разумеется. Но и сама свобода рождается из ограничений. Свободу не следует путать со вседозволенностью. Любая подлинная, аутентичная культура – это именно система запретов. Из мнимой, ложно понятой свободы проистекает культурная деградация, цветет «дегенеративное искусство».

Если всё же государство принимает участие в культуре, то следовало бы понять, каким же именно образом? Ведь культура – это по определению нечто возделанное, а не дикое. А культурам мешают сорняки, от которых нужно избавляться. Если продолжать эту агрометафору, быстро растущие сорняки дают тень и не дают культурным растениям развиваться, поэтому их нужно пропалывать. Однако прополка – не всегда лучшее решение. Сорняки дают гумус, делают землю плодородной. Поэтому в ряде случаев применяется так называемое мульчирование – своего рода фильтр для всходов. Практик пермакультуры Зепп Хольцер использует специальную пленку, через которую культурные растения прорастают, а сорняки – нет. По сути, применение «эффекта Хольцера» должно стать главным инструментом культурполитики. Государству необходимо накрывать возделываемое им поле культуры пленкой бонусов и преференций, помогающих развиваться самородным явлениям русской культуры, основанным на трех ее столпах – правде, труде, семье. Без таковой поддержки сорняки всё равно будут расти, но они уже не смогут удушать культуру. Такие явления, например, как поп-музыка или галерейное contemporary art никуда не денутся, у них и так слишком серьезная финансовая подпитка со стороны либо «бизнесменов от культуры», либо западных кураторов. Но пленка преференций, если продолжать всё тот же пример, не позволит поп-музыке в ее нынешнем виде доминировать на телевидении и радио, а всякого рода галерейщиков, привечающих так называемых художников, которые толком-то и рисовать не умеют, разве что «проводить акции», издеваясь над чувствами верующих, вообще всем добрым, чистым и светлым, максимально удалит от каких бы то ни было рычагов управления в российской культуре. Некоторые шаги в этом направлении уже приняты, но их явно недостаточно. Этим господам должно стать неуютно не только из-за протестов возмущенных граждан. Однако «эффект Хольцера» должен коснуться, конечно, не только поп-музыки и contemporary art, но и всех сфер культуры – от культурного наследия до культуры общения.

России необходима не культурная самоизоляция, а культурная автаркия (самодостаточность). Культурная автаркия подразумевает предельную открытость нашей культуры вовне и закрытость вонутрь. Ценности нашей культуры должны всячески позиционироваться и продвигаться за рубежом. Что же касается зарубежной – в первую очередь западной – культуры, к ней должен быть применяем «эффект Хольцера». Явления западной культуры ни в коем случае не следует запрещать, чтобы не создавать вокруг них незаслуженного ажиотажа. Нельзя дважды – если не трижды – наступать на одни и те же грабли. Но в самом контексте нашей культуры эти явления должны либо теряться, либо вызывать в самых широких слоях общества отторжение. И напротив, мы должны всячески поддерживать российские культурные программы за рубежом, проводить «дни русской культуры», поощрять изучение русского языка, всегда подразумевающее культурную вовлеченность и симпатию по отношению ко всему происходящему в России. Знакомя иностранцев с нашей культурой, мы тем самым приобретаем потенциальных союзников.

Желая обратить вспять те негативные процессы, которые последнюю четверть века происходили в русской культуре, нам необходимо распахнуть окна Овертона в противоположную сторону. Джозеф Овертон, в честь которого и названы эти «окна», предложил социальную технологию, позволяющую путем работы изнутри общества постепенно и последовательно перевести немыслимое в радикальное. И далее: радикальное – в приемлемое, приемлемое – в разумное, разумное – в популярное. Наконец, популярное – в политическую норму. Тот или иной политик только принимает якобы естественным образом назревшую в обществе идею или явление. И сегодня окна Овертона должны быть в нашей культуре не захлопнуты, а раскрыты в противоположную сторону. Общество должно последовательно принять те ценности и нормы, от которых оно под воздействием агентов изменения последовательно отказалось.

Кто же будет субъектом такого «исправления нравов»? Как мы полагаем, это должны быть совершенно новые люди, никак не связанные с теми, которые определяли культурную политику в прежние годы. Чем меньше будет оставаться старых кадров, тем ощутимее станет эффект от новой культурполитики. Не надо жалеть никого из чиновников, «профессиональных философов» и «бизнесменов от культуры». Жалея старые кадры, мы не жалеем народ. Нам нужны традиционалистски ориентированные, высококвалифицированные, очень вежливые люди. Вежливые люди от культуры, про которых будут с такой же симпатией, как про других вежливых людей, действовавших в Крыму, писать в демотиваторах: «Не хватает культурки? Вежливые люди уже выехали». Но не хотелось бы по такому важному вопросу всего лишь отшутиться. При Государственной Думе и при администрации президента следовало бы создать комитеты, включающие в себя экспертные и рабочие группы, наделенные самыми широкими полномочиями. Все знаки времени указывают на неизбежно приближающееся силовое разрешение конфликта культур-цивилизаций, а с этим поколением мы не сможем одержать в нем победу. Нет силы там, где внутренние основания неустойчивы. Времени остается бесконечно мало. На восстановление того, что разрушали четверть века, у нас нет такого же количества времени. Поэтому действовать нужно быстро, засучив рукава и не церемонясь. Но вежливо.

Joomla Templates and Joomla Extensions by ZooTemplate.Com


НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ

© 2021 belkin.tmweb.ru. Все права защищены.
Сейчас 3043 гостей онлайн